НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ МАЛИЕВ (1841 – ПОСЛЕ 1916)
10.09.2019
НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ МАЛИЕВ (1841 – ПОСЛЕ 1916)
Этюды об ученых

Текст публикуется по авторской рукописи, сверенной с первой публикацией: Макарова Е. М. Персоналии в истории физической антропологии: Н. М. Малиев и С. М. Чугунов (Казанская школа) // Актуальные вопросы антропологии. Вып. 6. Минск: Беларуская навука, 2011. С. 330–340.


Наряду с Москвой и Петербургом крупным центром антропологических исследований в 70–80-х гг. XIX в. выступала Казань. Основная работа там проводилась в рамках Общества естествоиспытателей при Казанском университете, в состав которого с 1869 г. вошел Анатомический музей кафедры нормальной анатомии Медицинского факультета. Вскоре Музей превратился в обширное хранилище краниологических и, шире — антропологических материалов. Главная заслуга в этом принадлежала Николаю Михайловичу Малиеву и Сергею Михайловичу Чугунову. Оба учёных внесли большой вклад в развитие антропологии, однако имена их остаются малоизвестными. В своё время В. П. Алексеев опубликовал статью о Казанской школе антропологии. Он же упоминал о деятельности Н. М. Малиева и С. М. Чугунова в книге «Происхождение народов Восточной Европы». О вкладе Н. М. Малиева в изучение башкирского народа писал Р. М. Юсупов.

Необходимо отметить, что в Казани оба учёных работали недолго и вскоре были переведены в Томский университет, где продолжили заниматься антропологией, но уже — народов Сибири.

Первым свою деятельность начал Н. М. Малиев — выпускник Медицинского факультета Казанского университета, врач по специальности. В начале 1869 г. он был утверждён на должность помощника прозектора кафедры физиологической анатомии Казанского университета.

Николай Михайлович отмечал недостаточное количество антропологического материала и скудность знаний о народах своего региона. Как он писал, антропологический материал необходим для «всестороннего изучения с естественноисторической стороны нашего восточного края России». С этой целью с 1871 г. Н. М. Малиев осуществляет экспедиционные выезды по территории Казанской и соседних с ней губерний. В первый выезд были изучены вотяки (удмурты) и черемисы (марийцы) Казанской губернии, в 1872 г. — вогулы (манси) Северного Урала. В следующем году объектом его интересов становятся вотяки Вятской губернии. В 1875 г. Н. М. Малиев посещает Уфимскую губернию с целью изучения башкир. В 1878 г. — Самарскую губернию для исследования мордвы, а в 1887 г. — Пермскую губернию для изучения пермяков. В 1880 г. Н. М. Малиевым были проведены раскопки кладбища в Болгарах, в 1881 г. — в окрестностях с. Мордовы Спасского уезда Казанской губернии.

В своих поездках Н. М. Малиев старался не только провести раскопки кладбищ с целью получения палеоантропологического материала, но и измерить живых людей и это были первые соматологические измерения «инородцев» Урало-Поволжья. Кроме антропологии Н. М. Малиев в своих поездках изучал культуру и быт исследуемых народов, поэтому его работы являются ценным источником по этнографии Урало-Поволжья. Результатом каждого выезда являлся отчет, представленный на заседаниях Общества, с подробными описаниями всего увиденного и полученного за время экспедиции.

Одна из крупных работ Н. М. Малиева — «Материалы для сравнительной антропологи Восточного края России». Цель работы — «желание сделать общеизвестным собранные черепа, проверить на этом материале существующие данные об особенностях русского черепа и охарактеризовать в главных чертах почти не исследованные до сих пор черемисские, вотские и татарские черепа». В работе Н. М. Малиевым были произведены сравнения черепов русских, татар, удмуртов, марийцев, манси. Для сравнения брались лишь измерения черепной коробки. Большое значение придавалось величине черепного указателя, на основании чего Николай Михайлович отличает брахикефалию удмуртских черепов и ортоцефалию (мезокефалию) черепов марийцев и манси. Данные сопоставления не дали определенных результатов, так как различие между этими группами проявляется в лицевых размерах. Интересно, что уже тогда Н. М. Малиев отметил, что лицевой угол не всегда указывает на прогнатическое строение, и чтобы получить своё полное научное значение к этим данным, нужны другие измерения.


Титульный_лист1.jpg


К 1876 г. Н. М. Малиев публикует «Антропологический очерк башкир», написанный на основании собственных исследований. Это первая работа по антропологии башкир, на которую ссылаются все последующие исследователи. В ней Н. М. Малиевым было выделено два типа башкир — лесной и степной, и переходные типы, которые он считал результатом поздних смешений. Николай Михайлович высказывался за родство башкир и татар, в отличие от ряда исследователей (Страленберг, Гумбольдт, Кастрен), которые относили башкир к финским народам. Хочется отметить, что выводы, сделанные Н. М. Малиевым, были признаны В. П. Алексеевым ошибочными. К настоящему времени у башкир на основании изучения разных систем признаков выделяется четыре антропологических типа, что в определённой степени подтверждает наблюдение Н. М. Малиева.

Следующая экспедиция Н. М. Малиева состоялась в 1878 г. По её итогам были получены общие сведения о мордве. В отчёте приведено подробное описание этнографии и соматологии мордовского населения.

В работе 1881 г. — «Антропологические изыскания 1880 г.» — представлен отчёт об исследованных в этом году трёх могильников — на Бабьем Бугре, Ананьинском и кургане на р. Большой Черемшан у д. Б. Чулпановки. В ходе экспедиции Н. М. Малиеву удалось получить палеоантропологические материалы из первого и третьего могильников. Несколько слов о бóлгарских черепах могильника на Бабьем Бугре. Целью данной поездки было определить к какому типу относятся полученные черепа, с какими имеют сходство и генетическую связь. Впервые в исследованиях Н. М. Малиева встречены измерения лицевого скелета. После проведения измерений он указывает на отличие данных черепов от черепов народов Поволжья по величине головного указателя, поперечному и вертикальному диаметрам, и в то же время отмечает схожесть болгарских черепов с курганными черепами Московской области. Сделан вывод, что в Болгарах жило население, которое по своему анатомическому строению было сходно и, возможно, генетически связано с племенами центральной России. Конечно, в настоящее время данный вывод имеет лишь историческое значение, но как пишет В. П. Алексеев, «отмеченный Малиевым факт морфологической близости между этими группами сохраняет свое значение до настоящего времени. Он получил только иное объяснение и может рассматриваться не как свидетельство прямого генетического родства, а как следствие происхождения от сходных длинноголовых и узколицых европеоидных типов более раннего времени».

В 1882 г. Н. М. Малиев публикует «Отчет о поездке с антропологической целью в окрестности с. Мордовы». Целью поездки было собрать сравнительный материал для бóлгарской коллекции черепов, однако найти какие-либо остеологические материалы Н. М. Малиеву не удалось.
Интересна небольшая работа 1882 г. — «О строении русского черепа», целью которой было выявить «есть ли различия в строении черепов русского человека в разных классах общества».


Титульный_лист2.jpg


.
В 1887 г. в печать выходит «Антропологический очерк племени пермяков. Материалы для сравнительной анатомии финских народностей». В этой статье опубликованы результаты поездки Н. М. Малиева на север Пермской губернии. Цель поездки — проверить информацию о вымирании пермяков, а также выяснить являются ли пермяки потомками чуди. Кроме соматологического и палеоантропологического изучения народности им была проделана большая этнографическая работа. По данным Николая Михайловича, сокращение числа жителей происходило за счёт переселения их на жительство в Сибирь. К сожалению, не было проведено сравнительного анализа соматологического и краниологического материала племени пермяков с ранее изученными народностями.

Заслуживает внимания работа 1888 г. — «Каталог краниологической коллекции Казанского университета». В каталоге приведены краткие сведения о размере и типе каждого черепа, собранные за 20 лет членами Общества естествоиспытателей, а также черепах, принадлежащих анатомическому институту (более 700 черепов). Описано, как производились измерения, а также указан принцип каталогизации. По мнению В. П. Алексеева, «единообразная программа измерений и большая численность отдельных серий черепов на долгие годы сделали каталог Н. М. Малиева полезной сводкой материала по краниологии народов Поволжья».

Одна из последних работ, написанная уже в томский период, — «Вогулы (антропологический очерк)». Кроме ранее опубликованных материалов он приводит данные о вогульских черепах, хранящихся в Санкт-Петербургской Академии наук. В этой работе автор проводит сопоставление вогулов с другими финскими народами и отмечает сходство вогульских черепов с черемисскими. Как всегда, в работе представлен добротный этнографический очерк.

Николай Михайлович одним из первых стал использовать антропологические данные в качестве исторического источника для решения задач этногенетического плана. Как пишет В. П. Алексеев, «Н. М. Малиев отличался широтой и прогрессивностью мировоззрения, хотя часто не имел возможности выйти за рамки эмпирического описания. Обзоры состояния науки, которые он иногда предпосылал своим исследованиям, характеризуют его как учёного, не только страстно влюбленного в свое дело, но и блестяще понимающего задачи антропологии, ломающего устаревшие схемы».


Основные труды

  • Отчет об антропологической экскурсии летом 1871 года // Протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Казанском университете за 1871–1872 гг. Казань, 1872. С. 21–23.

  • Отчет о вогульской экспедиции Н. М. Малиева // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 3, вып. 2. Казань, 1872.

  • К учению о строении черепа и к сравнительной анатомии рас. Материалы для сравнительной антропологии Восточного края России // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 4, вып. 2. Казань, 1874.

  • Антропологический очерк башкир // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 5, вып. 5. Казань, 1876.

  • Общие сведения о мордве // Приложение к протоколу 97 заседания Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Казань, 1878.

  • Антропологические изыскания 1880 г. // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 10, вып. 4. Казань, 1881.

  • Отчет о поездке с антропологической целью в окрестности с. Мордовы // Приложение к протоколу 60 заседания Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Казань, 1882.

  • О строении русского черепа // «Врач». Казань, 1882. № 49.

  • Антропологический очерк племени пермяков. Материалы для сравнительной анатомии финских народностей // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 16, вып. 4. Казань, 1887.

  • Каталог краниологической коллекции Казанского университета // Труды Общества естествоиспытателей при Казанском университете. Т. 19, вып. 2. Казань, 1888.

  • Вогулы (Антропологический очерк) // Русский антропологический журнал, 1901. № 1. С. 72–81.