ПАЛЕОАНТРОПОЛОГИЯ МЕСОПОТАМИИ ЭПОХИ БРОНЗЫ И РАННЕГО ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА
19.12.2016
ПАЛЕОАНТРОПОЛОГИЯ МЕСОПОТАМИИ ЭПОХИ БРОНЗЫ И РАННЕГО ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА

Д. В. Пежемский

Введение

Палеоантропологическое изучение Месопотамии началось, судя по всему, только в 1920-е гг., несмотря на то, что первые находки ископаемых человеческих останков были сделаны еще в XIX в. Наиболее ранними работами оказываются публикации британских антропологов Дадли Бакстона и сэра Артура Кизса, посвященные материалам из Киша и эль-Убейда (Buxton, 1924; Keith, 1927). В следующем десятилетии они продолжили свои исследования в области палеоантропологии Месопотамии (Buxton, Rice, 1931; Keith, 1934). В этот период появилась также работа известнейшего впоследствии американского антрополога Генри Филда, посвященная скелетным останкам из Джемдет Насра (Field, 1932). В целом для раннего этапа антропологического изучения древнего населения Месопотамии характерна малочисленность введенных в научный оборот памятников, неясность датировок конкретных материалов, несовершенство методической базы для их изучения, что вполне соответствует первым шагам в разработке проблематики. Кроме того, ситуация усугублялась плохой сохранностью большей части палеоантропологического материала, добываемого в ходе раскопок на Ближнем Востоке в целом и в Месопотамии в частности. Стоит отметить, что это препятствие, не позволяющее проводить более качественные палеоантропологические исследования и свойственное большей части территории Древнего Востока (включая Среднюю Азию), в полной мере сохраняет свою силу и в наши дни.

В 1940–1950 гг. происходило накопление источниковой базы для палеоантропологических работ, появлялись публикации по отдельным памятникам — Тепе Гавра, Телль Хассуна, Ашшур, Ниппур (Coon, 1950; Krogman, Sassaman, 1950; Grimm, 1956/57; Swindler, 1956). В этот период начался процесс пересмотра старых палеоантропологических материалов, их атрибуция и переатрибуция, итогом этой деятельности впоследствии стали монографические публикации по палеоантропологии конкретных памятников, например, Киша (Field, 1947; Ruthbun, 1975). К 1950-м же годам относятся и первые обобщения по палеоантропологии древнего населения Ближнего Востока, хорошо представленные уже в следующем десятилетии (Field, 1956, 1958, 1963; Cappieri, 1958a, 1958b, 1961, 1969; Grimm, 1960). Особо стоит отметить работы итальянского антрополога Марио Каппьери, которому принадлежит одно из первых фундаментальных обобщений по краниологии населения Ближнего Востока эпох энеолита и бронзы (Cappieri, 1969). На этом исследовании мы специально остановимся ниже.

В 1960-е гг. произошло заметное падение интереса к палеоантропологии Месопотамии, который возродился только в следующем десятилетии (Sołtysiak, 2004/2006). Тем не менее, в этот период активно работали над интересующей нас проблематикой и Марио Каппьери, и Тэд Расбун. Пиком исследовательского интереса к ископаемым человеческим осанкам с территории Месопотамии стали 1980-е гг. В этот период были сделаны интереснейшие палеоантропологические открытия в Северной Месопотамии, в бассейне р. Хамрин. Немецкие археологи получили новые палеоантропологические материалы на памятнике Телль Ахмад эль-Хатту (Wittwer-Bachofen, 1982), а японские — на целом ряде памятников, среди которых для нашей работы наиболее важен Телль Губба (Ishida, 1981).

Период палеоантропологических исследований, в рамках которого изучался антропологический состав древнего населения Месопотамии, его расовая принадлежность, делались попытки реконструировать на основе этих данных процессы древних этногенезов, закончился к 1990-м гг. Более 20-ти лет в области изучения древних скелетных останков (в первую очередь, в западной антропологии) господствует так называемый «биоархеологический подход», который подразумевает детальнейшее исследование каждого остеологического фрагмента с самых разных точек зрения и с использованием всевозможных анализов и суперсовременной техники. Изучаются исключительно проблемы палеодемографии, палеоэкологии — в том числе вопросы древних диет, палеопатологии и травматологии, искусственных изменений тела и т. п., то есть проблемы чрезвычайно важные, но не позволяющие сколько-нибудь приблизиться к проблеме древних этногенезов. В соответствии с этим подходом из палеоантропологических работ исчез и необходимый для таких исследований цифровой материал.

Тем не менее, нельзя обойти вниманием некоторые работы последних лет, где сделана попытка, пусть и довольно неуклюжая, представить новые палеоантропологические, в том числе метрические, данные по черепам с территории Месопотамии (Molleson, 2000; Molleson, Hodgson, 2003). Особенно досадно, что по новым публикациям невозможно, например, составить хоть сколько-нибудь адекватного представления о палеоантропологии такого интереснейшего, и одного из древнейших в Междуречье, памятника как, например, Абу Хурейра II.

Важным новым направлением в антропологии последнего десятилетия, как, впрочем, и в зоологии, является изучение морфологии черепа при помощи новых 3D-технологий — так называемая геометрическая морфометрия. В области изучения ископаемого населения Месопотамии с точки зрения геометрической морфометрии уже сделаны первые шаги (Ogihara, Makishima, Ishida, 2009).

Последним по времени большим обобщением палеоантропологических (краниологических) данных по древнему Ближнему Востоку, в том числе и Месопотамии, явилась монография Вольфрама Бернхарда, изданная в последнем томе известной мюнхенской серии «Rassengeschichte der Menschheit» , выходившей по инициативе и под редакцией Илзе Швидецки (Bernhard, 1993). Стоит отметить, что это выдающееся исследование по своему составу и методологии полностью относится к историографии 1980-х гг. Именно на нее мы будем опираться в своем морфологическом анализе в большинстве случаев.

Цели и задачи работы состоят в составлении общей антропологической картины по древней Месопотамии и ее эпохальной динамики. Среди задач необходимо выделить абрис истории палеоантропологического изучения региона, характеристику антропологических особенностей древнего населения Месопотамии в целом и описание отдельных выборок, предварительный сравнительный анализ, выявление закономерностей трансэпохальных изменений морфологии черепа.

Методы исследования: описание краниологического материала в соответствии с традициями отечественной палеоантропологии, оценка величин признаков по Г. Ф. Дебецу, применение парного t-критерия Стьюдента, в том числе для малочисленных выборок по схеме, предложенной автором (Пежемский, 2011, с. 148-149), вычисление коэффициента полового диморфизма (КПД). В последнем случае КПД вычислялся и для краниометрических указателей, несмотря на то, что инструментарий для их оценки пока не разработан. Широко используется метод составления баз данных, пересчетов и перегруппировки цифрового материала, анализа его как на индивидуальном уровне (там, где это возможно), так и на уровне групповых средних.

Многомерные статистические методы на данном этапе были ограничены кластерным анализом и многомерным шкалированием, выполнявшимся в пакете программ Statistica 10.
Большим недостатком многих сводных работ по краниологии древнего населения Месопотамии следует признать краткость краниометрических программ, по которым изучен и опубликован материал. Таким образом, оказываются доступными только данные по габаритным размерам черепа, и то не по всем необходимым. Для подавляющей части черепов нам неизвестны значения наиважнейших для расовой диагностики признаков — углов вертикальной и горизонтальной профилировки. По этой причине мы и говорим о решении задач данного исследования в общем виде, детальную разработку палеоантропологических данных по Месопотамии можно будет провести только после доисследования материала по программам, принятым в отечественной антропологии. В этом отношении необходимо отметить работы В. П. Алексеева конца 1970–1980-х гг., который, будучи в командировках в США, активно пытался заполнить этот пробел. Благодаря ему мы можем надежно описать особенности вертикальной и горизонтальной профилировки интересующих нас черепов — из месопотамского Киша, из таких иранских памятников как пещера Хоту, многослойный некрополь в Хасанлу (Алексеев, 1980, 1984). Подобные работы с черепами из Тепе-Гиссара начал еще Г. Ф. Дебец во время своей командировки в Филадельфию в 1956 г., однако, их результаты не были своевременно опубликованы.

В этом же ряду стоит ценнейшая работа японских антропологов, посвященных горизонтальной и вертикальной профилировке черепов из бассейна Хамрина (Wada, 1989).

Описание краниологических материалов с территории Месопотамии

На сегодняшний день известно не более 20-ти местонахождений на территории Месопотамии, из которых происходят краниологические материалы, так или иначе введенные в научный оборот. В основном это крупные городские центры, а так же поселения среднего и малого размера. Небольшая часть этих серий относительно представительна — они состоят из более чем 20-ти черепов (две выборки из Киша и одна из Ниппура). Подавляющее же большинство серий малочисленны и фрагментарны настолько, что, даже насчитывая по 4-8 черепов на пол, они позволяют зафиксировать одно—два наблюдения по целому ряду наиважнейших признаков. Это необходимо признать существенным препятствием на пути полноценного морфологического анализа, качественной сравнительной характеристики и построения моделей расогенеза древнего населения Месопотамии. Тем не менее, рассматриваемые краниологические материалы суммарно насчитывают более 300 черепов, две трети из них — мужские и около сотни — женские (табл. 1). Дополнительно отметим, что те женские выборки, которые вообще здесь имеются (их 10), настолько малочисленны, что, приводя их описания и данные по ним в таблицах, мы пока воздерживаемся от их анализа.

В хронологическом отношении краниологический материал с территории Месопотамии распределяется следующим образом. Наиболее древний на сегодняшний день материал происходит из Западной Месопотамии, из поселения Абу Хурейра II на Верхнем Евфрате. Здесь, в слоях докерамического неолита В (=PPNB), который датируется сейчас IX–VIII тыс. до н. э., были найдены человеческие останки (Molleson, 2000).


Период Дата Кол-во мужских Кол-во женских Всего
Неолит ~6000 – 4500 до н. э. 2 2
Энеолит ~4500 – 3300 до н. э. 12 6 18
Ранний бронзовый век ~3300 – 2100 до н. э. 99 58 157
Средний бронзовый век ~2100 – 1550 до н. э. 11 11
Поздний бронзовый век ~1550 – 1200 до н. э.
Ранний железный век I ~1200 – 1000 до н. э.
Ранний железный век II ~1000 – 500 до н. э. 42 15 57
Античность 500 – 300 н. э. 45 9 54
Итого 211 88 299

Таблица 1
Сводные данные о численности черепов из Месопотамии


В краниологическом отношении они могут быть охарактеризованы очень скудно и в силу плохой сохранности, и в силу странного выбора признаков для морфометрического исследования. Судя по имеющимся данным (они касаются только мозгового отдела черепа и нижней челюсти), население, жившее в этой части Месопотамии в столь большой древности было гипердолихокранным (черепной указатель — 72,1), с большим продольным (186,3 мм) и очень малым поперечным (127,1 мм) диаметрами. Характерная черта — очень высокий свод черепа от базиона (141,0 мм) и среднеширокий лоб (наименьшая ширина — 98,0 мм), который в пропорциональном отношении оказывается очень широким (лобно-поперечный указатель — 77,1). При этом угловая ширина нижней челюсти — малая. Стоит запомнить данную, пусть и очень краткую, морфологическую характеристику, краниологические выборки такого морфотипа будут встречаться в Месопотамии и в гораздо поле поздние эпохи.

Следующие по древности — черепа из Телль Хассуны. Они датируются ранним периодом так называемого «керамического неолита» и относятся к VI тыс. до н. э. Однако, к большому сожалению, представлены всего лишь два мужских черепа. После большого промежутка времени, не представленного никакими палеоантропологическими находками, мы фиксируем краниологические материалы эпохи энеолита, в основном — IV тыс. до н. э., происходящие из эль-Убейда (поселение близ Ура) и Эриду. Для этого периода имеется всего 18 черепов — 12 мужских и 6 женских (табл. 1, 2).

Наиболее многочисленный материал дошел до нас от эпохи ранней бронзы. Он относительно хорошо представлен и разнообразием серий, и их численным составом. Здесь имеется более 150-ти черепов, около сотни из них — мужские и более 50-ти — женские. Именно к этому хронологическому отрезку относятся самые известные краниологические серии из Месопотамии, происходящие из городов Ур и Киш, из поселений эль-Хатту и Телль Губба (табл. 1, 3а, 3б, 4).

Эпоха средней бронзы донесла до нас только 11 мужских черепов, происходящих из Ура и из бассейна Хамрина (табл. 1, 4, 5). Последующие периоды — поздняя бронза и так называемый ранний железный век I (~1200—1000 гг. до н. э.) — вовсе не представлены палеоантропологическими сериями.

Палеоантропологический материал эпохи раннего железного века II — первая половина I тыс. до н. э. — представлен, к счастью, останками уже нескольких десятков индивидов. Здесь насчитывается около сорока мужских и полтора десятка женских черепов. Они происходят из крупнейших городских центров Месопотамии — Ашшура, Ниппура, Киша, Урука. Однако стоит отметить, что численность этих выборок мизерна (за исключением материалов из Ниппура) и неадекватна статусу этих поселений, многочисленности и полиэтничности их населения (табл. 1, 5).

Конец I тыс. до н. э. — самое начало I тыс. христианской эры — период, привлеченный нами для сравнения, также представлен несколькими десятками черепов. Они происходят из «столицы мира» Вавилона, города-крепости Дура Европос и хурритского города Нузи (табл. 1, 6). Здесь мы также обращаем внимание на крайнюю малочисленность интересующих нас находок, происходящих, например, из такого «мегаполиса» как Вавилон — всего 6 мужских и 2 женских черепа.


Краниологическая характеристика населения Месопотамии

Прежде чем обратиться к конкретным палеоантропологическим выборкам, представляющим свои микрорегионы и различные хронологические периоды, необходимо дать общую морфологическую характеристику древнего населения Месопотамии. С учетом всех ограничений (плохая сохранность, малая численность, неполнота краниометрических программ) в данном случае удобнее всего опереться на сводки Марио Каппьери (Cappieri, 1969, 1970). Несмотря на то, что эти данные во многом устарели и не могут привлекаться при детальном сравнительном межпопуляционном анализе, задачу самого общего описания материала они вполне помогают выполнить. М. Каппьери суммировал данные по черепам эпохи энеолита, ранней и средней бронзы и получил обобщенную краниометрическую характеристику населения Месопотамии, свободную от влияния эпохальных изменений и региональных особенностей (табл. 2). Сборная серия М. Каппьери насчитывает всего лишь 45 черепов — 28 мужских и 17 женских черепов, однако тщательность разработки материала делает его полезным и на современном этапе, когда количество находок превосходит эти цифры в 3–4 раза.


Название признака,
№ по Р. Мартину   
Мужчины
     Женщины КПД*   
n X m(X) SD n X m(X) SD
1. Продольный D 27 188,5 0,98 7,5 16 182,3 1,34 7,9 1,034
8. Поперечный D 28 136,8 0,70 5,7 17 134,2 0,93 5,7 1,019
8:1. Черепной указ. 28 72,6 0,47 3,7 17 74,9 0,71 4,2 0,969
17. Высотный D 12 136,4 1,38 7,1 7 130,0 1,98 7,2 1,049
20. Ушная высота 23 118,0 0,59 4,2 17 113,8 0,84 5,1 1,037
45. Скуловой D 15 129,5 0,85 4,9 5 120,0 1,69 5,6 1,079
48. Верх. выс. лица 13 70,3 1,08 5,8 5 64,4 0,42 1,4 1,092
48:45. Верх. лиц. указ. 12 54,2 1,05 5,4 4 52,7 0,94 2,8 1,028
55. Высота носа 15 53,2 0,47 2,7 6 47,0 0,77 2,8 1,132
54. Ширина носа 16 25,6 0,34 2,0 10 23,8 0,21 1,0 1,076
54:55. Нос. указ. 15 48,5 0,73 4,2 6 50,3 1,05 3,8 0,964

Таблица 2
Обобщенная краниометрическая характеристика населения Месопотамии эпохи энеолита и бронзы (по: Cappieri, 1970)
* коэффициент полового диморфизма (КПД) вычислен автором


Итак, мужские черепа гипердолихокранны — с большим продольным и малым поперечным диаметром. Высотный диаметр мозговой капсулы средней величины (высота от базиона), высотно-поперечное соотношение — большое, как и так называемая ушная высота (высота свода от порионов). Лицо узкое, средневысокое, с носом средних размеров и пропорций. За этим более чем общим описанием скрывается довольно большое краниологическое разнообразие, что следует, в том числе, и из значений показателей изменчивости. Например, большинство признаков имеют существенно завешенные значения стандартного квадратического отклонения. В норме этот показатель находится только у таких признаков как ушная высота, скуловой диаметр и высота носа, что свидетельствует об особой стабильности этих признаков у древнего населения Месопотамии.

Женские черепа обобщенной месопотамской выборки представляют собой долихокранный вариант очень большим продольным диаметром и среднешироким поперечным (табл. 2). Высотный диаметр мозговой капсулы, как и у мужчин (!), средней величины, высотно-поперечные пропорции велики, как и ушная высота. Лицо узкое, средневысокое, средних пропорций, с узким же среднешироким носом. В женской части выборки все признаки мозгового отдела (включая скуловой диаметр, не принадлежащий, как известно, лицевому скелету) демонстрируют повышенные значения стандартного квадратического отклонения. Признаки же лицевого отдела, наоборот, показывают пониженную (!) изменчивость. Как и у мужчин, нормальный показатель изменчивости демонстрирует высота носа. Столь стабильное «поведение» среднего этажа лица вызывает пристальный интерес. Как известно, представители средиземноморской расы отчетливо отличаются от представителей других антропологических пластов относительно большой высотой именно среднего этажа лица. Вопрос этот требует специальной разработки. Пока же отметим, что ярких черт средиземноморской расы — узкого и высокого лица (хотя бы относительно) в этих обобщенных характеристиках мы не обнаруживаем. М. Каппьери называл эти особенности прото-средиземноморскими, однако мы не будем сейчас вдаваться в проблему происхождения средиземноморской расы.

Несколько слов о половом диморфизме в объединенной краниологической выборке, происходящей с территории Месопотамии. Здесь вновь противостоят признаки мозгового и лицевого отдела. Коэффициенты полового диморфизма признаков мозговой капсулы показывают заниженные значения или значения, находящиеся в пределах средних величин, то есть различия между мужчинами и женщинами в данном случае сглажены. Признаки же лицевого отдела дают повышенные значения КПД, то есть, различия по ним выражены резко.
Как будет подробно показано ниже, во все периоды древней истории население Месопотамии было длинноголовым и должно быть описано разными категориями гипердолихокрании и долихокрании. Важно отметить, что горизонтальные диаметры черепа здесь вообще варьируют не очень значительно, однако стабильность, которую демонстрирует черепной указатель, у всех мужских выборок укладывающийся в «коридор» от 70,6 до 73,4 (за редкими исключениями, относящимися уже к раннему железному веку и период античности) удивляет. Если же временно исключить из рассмотрения серии из эль-Убейда, Ниппура и Киша W, и оставить только выборки энеолита, ранней и средней бронзы, то этот «коридор» окажется невероятно узким для периода в 5000 лет — от 71,1 до 72,4. Тем интереснее факт того, что два наиболее ранних месопотамских черепа, единственно дошедшие до нас от эпохи позднего неолита, относятся к совершенно иному морфологическому пласту, они — гипербрахикранны (!).

Палеоантропологические находки, о которых идет речь, происходят из Телль Хассуны и представляют собой выражено круглоголовое население (табл. 3). Продольный диаметр черепа относится к категории малых, а поперечный — к категории больших размеров, как и наименьшая ширина лба, что не свойственно населению последующих периодов. Высота свода черепа большая — черта, вполне характерная и для древней Месопотамии, и для многих других регионов Древнего мира. Лицевой отдел средней ширины и высоты, средних пропорций, что отличает эти неолитические черепа от большинства выборок последующих эпох, где представлены в основном узколицые и высоколицые краниологические варианты, хорошо соотносимые с представителями индо-средиземноморской расы. Рассматриваемый же на примере черепов из Телль Хассуны краниологический вариант может быть диагностирован как переднеазиатский (понто-загросский), большую древность которого, кстати, отстаивали Ф. фон Лушан и В. В. Бунак.

Дополним морфологическую характеристику рассматриваемых неолитических черепов тем, что укажем на низкие средних пропорций орбиты, средней высоты и ширины нос, размеры которого стремятся к категории малых. Последний признак также хорошо отделяет черепа из Телль Хассуны от средиземноморской ветви евразийской расы, для которой характерны средние и большие величины высоты носа, особенно в пропорциональном отношении. Попутно отметим, что вариации высотного носового указателя (лучше называть его носо-верхнелицевым), столь важного для исследования вопросов происхождения и дифференциации средиземноморской расы, остаются до сих пор практически неизученными.

Эпоха энеолита — важнейший период в истории человечества, тем более на территории Месопотамии, поэтому остается только сожалеть о крайней малочисленности черепов этого времени. В целом энеолитические население Месопотамии характеризуется очень длинной и узкой, гипердолихокранной, средневысокой мозговой коробкой, узким и средневысоким лицом, низкими орбитами, очень высоким и среднешироким носом, нижнечелюстным диаметром средней ширины. Как видим, черты средиземноморской расы проступают на этом хронологическом этапе чрезвычайно отчетливо, особенно в отношении такого признака как высокий средний этаж лица. Таким образом, сами собой возникают два важнейших вопроса — вопрос происхождения средиземноморской расы, точнее, времени появления ее на территории Месопотамии, и вопрос соотношения (взаимоотношения) представителей переднеазиатской и средиземноморской рас в Месопотамии в столь глубокой древности. Решению этих проблем не способствует ни малочисленность краниологических материалов, ни временной хиатус, разделяющий черепа из Телль Хассуны с одной стороны и из эль-Убейда и Эриду — с другой. Однако попытаемся приблизить их решение детальным морфологическим анализом последних, ибо, как будет показано ниже, несмотря на данную суммарную характеристику, в эль-Убейде и Эриду были обнаружены черепа разных антропологических типов.

Мужские черепа из эль-Убейда представляют собой гипердолихокранный вариант с очень длинной, среднеширокой мозговой капсулой большой высоты и среднешироким лбом (табл. 3). Отметим, что столь широкой черепной коробки (М. 8 = 140,1 мм) древняя Месопотамия более не знала — это очень показательно, имея в виду предшествующие по времени очень широкие черепа из Телль Хассуны. Лобная кость среднеширокая. Лицевой отдел абсолютно и относительно узкий, высота его велика. Орбиты средневысокие, средних пропорций. Высота носа большая, ширина — средняя и по абсолютному значению, и по относительному. Нижнечелюстной диаметр относительно большой. Таким образом, в случае с мужскими черепами из эль-Убейда, мы наблюдаем их существенные отличия от краниологического варианта, представленного в Телль Хассуне. Это особенно четко проявляется в таких признаках как высота носа и относительная высота лица, имеющие в серии из эль-Убейда большие значения, что хорошо согласуется с определением ее как принадлежащей к средиземноморской расе (Cappieri, 1969, 1970). Однако нельзя не отметить и того, что ряд признаков позволяет поставить вопрос о влиянии поздненеолитического населения типа Телль Хассуны на энеолитические население эль-Убейда. Это ширина мозговой коробки, достаточно широкий лоб, скуловой диаметр — наибольший из всех, зафиксированных за многие периоды последующей истории Месопотамии (только население Ниппура раннего железного века превосходит его по этому признаку) и ряд других, менее ярких параллелей. Вопрос этот должен быть сформулирован как проблема доли участия представителей переднеазиатской расы в формировании древнего населения Месопотамии древне-средиземноморского облика, но этот вопрос не должен затенить того факта, что перед нами два совершенно разных антропологических плата.

Нельзя не упомянуть интересного результата, который был получен А. П. Пестряковым для серии из эль-Убейда. Результат этот оказался «побочным продуктом» анализа, проводившегося с другой целью, поэтому никак не был прокомментирован. Суть же его заключается в том, что по очень консервативным признакам формы мозговой коробки серия из эль-Убейда оказывается крайне близкой серии черепов афанасьевской культуры Горного Алтая III — II тыс. до н. э., то есть несколько более поздней, чем рассматриваемый памятник (Бабаков, Рыкушина, Дубова, 2001, с. 116-117). В свете гипотезы о миграциях южно-европеоидного населения средиземноморского облика в Южную Сибирь (см. работы А. Г. Козинцева) стоит внимательнее присмотреться к данному результату.
Неоднородность средиземноморского антропологического пласта в столь отдаленную эпоху хорошо демонстрирует материал из Эриду. Здесь представлен еще более гипердолихокранный, чем в эль-Убейде, но выражено гипоморфный (мелкоголовый) краниологический вариант (табл. 3). Мужские черепа из Эриду обладают большим продольным и очень малым поперечным диаметрами мозговой капсулы. Фиксируется любопытное явление гетероморфии по высоте свода мозгового черепа: высотный диаметр от базиона — очень малый, а высотный диаметр от порионов — средней величины и даже оказывается большим по отношению к очень узкой мозговой коробке. Лицевой отдел черепа очень узкий и средневысокий как по абсолютному значению признака, так и по значению верхнелицевого указателя. Орбиты имеют малые диаметры, по указателю — очень низкие, высота носа большая, ширина носового отверстия — средней величины. Нижнечелюстной диаметр малый (!).

Особенности краниологического варианта из эль-Убейда и его отличия от краниологического варианта из Эриду хорошо подтверждаются женскими черепами, несмотря на их малочисленность. Женские черепа из эль-Убейда мезокранны, они обладают большим продольным диаметром и большим же поперечным, высоким сводом черепа (средневысоким по отношению к обоим горизонтальным диаметрам!), относительно узким лбом, среднешироким и средневысоким лицом средних же пропорций, узким (!) относительно ширины мозговой коробки, что характерно для совсем небольшого количества месопотамских выборок. Кроме того им свойственны узкие, абсолютно и относительно низкие орбиты, средневысокий и узкий нос, пропорции которого тем не менее описываются как средние, и среднеширокий нижнечелюстной диаметр лица.

Женские черепа из Эриду также показывают мезокранный краниологический вариант с большим продольным диаметром, однако, в целом он очень и очень гипоморфен. При этом ширина мозговой коробки — средняя, а высота ее свода — крайне малая, как по абсолютным, так и по относительным характеристикам. Лицевой отдел этих черепов среднеширокий и столь малой высоты (М. 48 = 60,5 мм), что она вовсе не находит себе параллелей в месопотамском материале (возможно, здесь играет существенную роль малочисленность черепов, однако важно отметить, как хорошо это согласуется с тенденцией морфологических различий между мужскими черепами из эль-Убейда и Эриду). У женских черепов из Эриду узкие и низкие орбиты, высотный размер которых столь мал, что выходит за рамки мирового размаха изменчивости этого признака. Носовое отверстие по абсолютному значению узкое, но при мизерной высоте носа оказывается, что по пропорциям оно широкое. Все это наводит на мысль о том, что в женской части выборки представлены черепа, относящиеся к большой экваториальной расе, и заставляет сожалеть о том, что по этим краниологическим материалам опубликовано мало цифровых данных, которые необходимы для обоснованного суждения на этот счет. Таким образом, подтверждается самостоятельный морфологический статус черепов из Эриду, который определяется их общей гипоморфией и очень низким сводом мозговой коробки. Однако от нас не могут ускользнуть и различия между мужскими и женскими черепами из этого священного города — более широкая (в категориальном отношении!) мозговая коробка у женщин, более широкое и значительно более низкое их лицо, более высокий нос у мужчин.

Говоря о краниологических особенностях энеолитического населения Эриду, можно предположить, что в их сложении сыграли роль два компонента — средиземноморский европеоидный и экваториальный (предположительно веддоидный), первый был более выражен у мужчин, второй — у женщин.

В палеоантропологической литературе по древней Месопотамии можно обнаружить данные еще о трех черепах, относимых к эпохе энеолита. Это женский череп из Джемдет Насра, очень плохой сохранности, по которому имеется только величина продольного диаметра мозговой капсулы — 196,5 мм, что превосходит мировой максимум для женщин и является бесспорным указанием на гипердолихокранию даже без данных о ширине черепа (Cappieri, 1970, р. 28). Как видим, крайне длинноголовое население встречалось в энеолите Южной Месопотамии не только в эль-Убейде, более ничего к этому добавить нельзя.

Другие два черепа — мужской и женский — происходят из Тепе-Гавра. Мужской череп гипоморфен, долихокранен — со средним продольным диаметром, очень малым поперечным, с очень низким сводом мозговой капсулы, средневысоким и очень узким лицом, низким, средних пропорций носом. Женский череп из Тепе-Гавра абсолютно повторяет эти морфологические черты (Там же). Таким образом, эти находки представляют краниологический вариант, близкий к тому, что встречен в Эриду, однако встречен он в Северной Месопотамии.

Из всего изложенного выше следует, что уже в эпоху энеолита в Месопотамии были представлены как минимум три антропологических пласта. Это европеоидный средиземноморский (предположительно составлявший основу), экваториальный веддоидный (?), отмеченный в Эриду (особенно в женской части популяции) и Тепе-Гавра, и европеоидный переднеазиатский (понто-загросский), представлявший некую (неопределимую пока, но небольшую) часть населения и присутствовавший в Месопотамии уже в предшествующую эпоху позднего неолита. При этом стоит обратить внимание и на то, что Телль Хассуна — памятник Северной Месопотамии, а эль-Убейд и Эриду — ее южной, шумерской части. Не исключено, что описанные нами различия определяются и этим географическим фактором, особенно в свете хорошо известных по другим источникам передвижений верхне-месопотамского населения на юг. Впрочем, до существенного пополнения источниковой базы новыми палеоантропологическими материалами обсуждать эти вопросы затруднительно. По палеоантропологическим данным можно лишь предположить доживание части неолитического населения Месопотамии до эпохи энеолита и вхождение его в состав населения новой исторической эпохи.


Название признака,
№ по Р. Мартину  

Мужчины

Женщины
Телль Хассуна Эль-Убейд Эриду Эль-Убейд Эриду
n=2
n=8
n=4
n=4
n=2
1. Продольный диаметр 172,5 192,8 185,0 180,3 180 (1)
8. Поперечный диаметр 146,0 140,1 133,8 140,0 138,0
8:1. Черепной указатель 85,9 72,6 71,7 77,6 76,1 (1)
17. Высотный диаметр 136,5 122,3 131,0 108,0
17:1. Высотно-продольный I указ. 71,2 66,1 75,2 60,0 (1);
17:8. Высотно-поперечный I указ. 97,3 91,9 93,6 78,3
20. Ушная высота 117,5 119,0 112,8 112,2 103,5
20:1. Высотно-продольный II указ. 68,9 61,7 64,1 62,2 57,2
20:8. Высотно-поперечный II указ. 80,3 84,9 89,2 80,1 75,0
9. Наименьшая ширина лба 99,5 97,0 90 (1) 91,0
9:8. Лобно-поперечный указатель 68,0 69,2 67,2 (1) 65,0
45. Скуловой диаметр 134,5 127,6 124,8 122,6 122,0
45:8. Попер. фацио-церебральн. указ. 92,1 91,1 92,0 87,6 88,4
48. Верхняя высота лица 71,0 72,0 69,0 64,3 60,5
48:45. Верхний лицевой указатель 52,7 56,4 54,8 52,4 49,6
51. Ширина орбиты 41,5 42,0 40,8 39,0 38,0
52. Высота орбиты 33,0 33,6 31,3 31,6 23,5!
52:51. Орбитный указатель 80,4 80,0 76,7 81,0 61,8
55. Высота носа 51,0 54,0 54,0 49,0 40,0
54. Ширина носа 24,5 25,7 25,0 23,4 23,0
54:55. Носовой указатель 48,0 47,6 46,9 47,8 57,5
66. Угловая ширина нижней челюсти 98,6 95,3 93,0 101 (1)
66:45. Челюстно-скуловой указатель 77,3 75,7 75,9 81,4 (1)

Таблица 3
Краниометрическая характеристика населения Месопотамии эпохи неолита и энеолита
(~6000—3300 гг. до н. э.) (по: Bernhard, 1993)


Теперь обратимся к краниологическим материалам эпохи ранней бронзы. Наиболее известными и наиболее представительными из них являются материалы из Киша (табл. 4а, 4б). Выделаются серии черепов из кладбища А, которое датировано относительно узко в пределах середины III тыс. до н. э. и сборная серия из Киша, относимая к периоду ранней бронзы в самом широком смысле (это самая многочисленная краниологическая выборка древней Месопотамии — 58 мужских и 45 женских черепов). Кроме того, хорошо известны синхронные Кишу А материалы из Ура, к сожалению, малочисленные. Столь же небольшая выборка черепов была получена в ходе раскопок Немецким Восточным Обществом Телля Ахмед эль-Хатту в бассейне Хамрина. Для нас важно, что серия из эль-Хатту относится к более раннему этапу рассматриваемой эпохи, чем серии из Киша и Ура — к самому началу III тыс. до н. э.

В краниологическом отношении древнее население Телль Ахмед эль-Хатту представляет собой гипердолихокранный антропологический вариант с большим продольным диаметром и малым поперечным, низким сводом мозговой капсулы, относительно широким лбом (табл. 4а). Лицевой отдел узкий и низкий (самая низколицая выборка за всю историю древней Месопотамии!), орбиты среднеширокие и очень низкие, нос низкий, носовое отверстие широкое как по абсолютному значению, так и по указателю. Яркой чертой здесь является очень малый нижнечелюстной диаметр. Не трудно заметить, что данная характеристика чрезвычайно близко той, которая дана нами для серии из Эриду, в особенности — в женском ее варианте. Это чрезвычайно важный результат и в силу того, что удается проследить преемственность между населением эпохи энеолита и ранней бронзы, и в силу того, что речь идет о столь удаленных друг от друга микрорегионах Месопотамии — крайнем юге и несколько периферийном районе северной части страны.

Стоит отметить, что население эль-Хатту при этом заметно отличается от других выборок ранней бронзы не только низкосводностью и низколицестью, но и пропорциями лица и малой высотой носа, большой его шириной. Иными словами, отличия его морфологических черт от краниологических особенностей других выборок хорошо выражены. Описать его в терминах средиземноморской расы невозможно, речь идет о другой расовой единице. Можно сделать предварительный вывод о том, что экваториальный компонент, судя по всему, продолжал существовать в Месопотамии и в эпоху ранней бронзы, и даже можно допустить, что он расширил свой ареал до Верхней Месопотамии.


Название признака,
№ по Р. Мартину  

     Мужчины      

Эль-Хатту

Киш А

Киш, сборн.

Ур

n=8

n=21

n=58

n=8

1. Продольный диаметр 189,2 189,3 187,4 192,5
8. Поперечный диаметр 137,8 136,2 134,9 138,0
8:1. Черепной указатель 72,4 72,2 72,2 71,7
17. Высотный диаметр 131,4 131,8 133,2 143,0
17:1. Высотно-продольный I указ. 69,5 73,3 72,9 74,3
17:8. Высотно-поперечный I указ. 95,9 95,4 99,7 103,6
20. Ушная высота 125,5 117,8 115,3
20:1. Высотно-продольный II указ. 66,3 62,9 59,9
20:8. Высотно-поперечный II указ. 92,1 87,3 83,6
9. Наименьшая ширина лба 96,0 95,0 94,5 95,1
9:8. Лобно-поперечный указатель 70,1 69,8 70,2 68,9
45. Скуловой диаметр 125 (1) 125,5 126,0 132,4
45:8. Попер. фацио-церебральн. указ. 91,2 (1) 91,9 93,1 95,9
48. Верхняя высота лица 64,6 75,3 69,3 76,6
48:45. Верхний лицевой указатель 51,7 (1) 60,1 55,9 57,9
51. Ширина орбиты 41,3 45,0 40,4 40,0
52. Высота орбиты 30,7 34,0 32,6 36,0
52:51. Орбитный указатель 74,3 74,7 80,9 90,0
55. Высота носа 49,6 57,0 51,4 54,6
54. Ширина носа 27,3 23,8 24,1 25,2
54:55. Носовой указатель 55,0 40,8 46,9 46,3
66. Угловая ширина нижней челюсти 86,5 90,4 95,1 96,5
66:45. Челюстно-скуловой указатель 69,2 72,1 75,5 72,9

Таблица 4а
Краниометрическая характеристика мужского населения Месопотамии
эпохи ранней бронзы (~3300—2100 гг. до н. э.) (по: Bernhard, 1993)


Обратившись к женской части выборки из эль-Хатту, обнаруживаем любопытнейший факт — в морфометрическом отношении они заметно отличаются от мужской части и сближаются с мужчинами из эль-Убейда (на уровне категорий признаков). Кроме того, что они обладают большим продольным диаметром, малым поперечным (гипердолихокранны), среднешироким лбом, что характерно и для мужской части выборки, никого сходства в остальных признаках мы не обнаруживаем (табл. 4б). В первую очередь, женские черепа из эль-Хатту очень высокосводны (как от базиона, так и от порионов), со среднешироким и средневысоким лицом (даже в абсолютных значениях оно выше, чем у мужчин!), которое по указателю оказывается высоким (!), гораздо более высокими орбитами, высоким и узким (!) носом и широкой нижней челюстью. Даже на уровне описания очевидны различия между мужчинами и женщинами из эль-Хатту и сходство женской части с мужчинами из эль-Убейда. В последнем случае хорошо диагностируется средиземноморский расовый комплекс. Таким образом, получается, что экваториальный (вероятно, уже несколько видоизмененный) расовый компонент продолжает не просто встречаться в Месопотамии в эпоху ранней бронзы, но и существенно влиять на половой диморфизм, что свидетельствует либо о постоянном притоке его извне, либо о каких-то механизмах его длительного самостоятельного воспроизводства (этнических или социальных/кастовых). Впрочем, в древних обществах оба эти механизма могли совпадать и часто совпадали — высокоранговые социальные группы зачастую являлись иноэтничными и относительно замкнутыми в отношении круга брачных связей.


Название признака,
№ по Р. Мартину    
Женщины       
Эль-Хатту Киш А

Киш, сборн.

Ур

n=5

n=4 n=45  

n=4

1. Продольный диаметр 180,9 178,3 179,1 183,0
8. Поперечный диаметр 133,0 131,8 133,5 132,0
8:1. Черепной указатель 73,5 74,4 74,7 72,2
17. Высотный диаметр 136,0 140,5 131,5 136 (1)
17:1. Высотно-продольный I указ. 75,0 78,8 74,5 72,7
17:8. Высотно-поперечный I указ. 101,0 106,8 99,7 103,0 (1)
20. Ушная высота 117,6 114,4 115,6
20:1. Высотно-продольный II указ. 65,3 63,9* 63,2
20:8. Высотно-поперечный II указ. 88,1 85,7* 87,6
9. Наименьшая ширина лба 93,8 92,3 92,0 93,0
9:8. Лобно-поперечный указатель 69,1 70,0 68,7 70,5
45. Скуловой диаметр 123,3 110 (1) 118,9 120 (1)
45:8. Попер. фацио-церебральн. указ. 87,4 83,5 (1) 89,9 90,9 (1)
48. Верхняя высота лица 66,0 62 (1) 65,7 65 (1)
48:45. Верхний лицевой указатель 56,2 56,4 (1) 55,0 54,2 (1)
51. Ширина орбиты 40,5 39 (1) 39,0 39 (1)
52. Высота орбиты 33,0 34,5 (1) 32,8 31 (1)
52:51. Орбитный указатель 81,5 88,5 (1) 83,5 79,5 (1)
55. Высота носа 49,0 49,5 (1) 48,8 46 (1)
54. Ширина носа 23,0 30,5 (1) 24,1 24,2
54:55. Носовой указатель 46,9 61,6 (1) 48,6 53,0 (1)
66. Угловая ширина нижней челюсти 90,8 98 (1) 89,5 94 (1)
66:45. Челюстно-скуловой указатель 77,3 89,1 (1) 75,3* 78,3 (1)

Таблица 4б
Краниометрическая характеристика женского населения Месопотамии
эпохи ранней бронзы (~3300—2100 гг. до н. э.) (по: Bernhard, 1993)
* вычислено автором по средним значениям


О возможном влиянии социального механизма на формирование антропологических особенностей населения Месопотамии бронзового века говорит следующий факт. Сравнивая выборки черепов Киша — из кладбища А, с одной стороны, и из «рядовых» погребений, с другой, — удалось выявить различия между ними.

Мужские черепа из Киша А отчасти показывают тот же самый краниологический вариант, что и черепа из эль-Хатту и энеолитического Эриду, даже гетероморфия по высоте свода черепа здесь также хорошо фиксируется (высота от базиона — небольшая, а высота от порионов — очень большая). Отчасти, потому, что сходство это касается только размеров мозгового черепа, скуловой ширины лица и очень малого нижнечелюстного диаметра. В лицевом скелете черепов Киша А отмечены выраженные отличия, сближающие их со средиземноморским антропологическим пластом — очень высокое лицо, средневысокие по абсолютной величине орбиты, очень высокий и очень узкий по указателю нос. Кроме того, серия из Киша А отличается от всех известных нам месопотамских выборок очень широкой орбитой, что является ее отличительной чертой. Не случайно, скорее всего, и то, что по величине этого признака наиболее близкой выборкой к Кишу А оказывается серия из Киша эпохи раннего железного века (кладбище W; см. табл. 6). Данные В. П. Алексеева по профилировке лица в серии из Киша А предоставляют нам редкий на сегодняшний день случай гораздо подробнее охарактеризовать ее в морфологическом отношении. Так, углы горизонтальной профилировки обоих уровней лица — малые, то есть лицо очень хорошо профилировано, клиногнатно (назомалярный угол — 137,3°, зигомаксиллярный — 127,1°), угол выступания носовых костей — большой (31,3°), переносье широкое и высокое, по указателю — средних пропорций (SC = 10,0 мм; SS = 4,4 мм; SS: SC = 44,6). Нет никаких сомнений в европеоидной принадлежности черепов из Киша А, черты средиземноморской расы выражены в краниологическом отношении вполне отчетливо.

Как интерпретировать выявленное перекрестное сходство мужчин из Киша А с выборками, несущими экваториальные черты и признаки средиземноморской расы? Обратимся к женской части выборки из Киша А. Она чрезвычайно малочисленна, однако позволяет наметить направление сравнительного анализа. Женские черепа гипердолихокранны — с большим продольным диаметром и малым поперечным, с очень высоким сводом, среднешироким (по указателю даже широким) лбом, вероятно, высоким лицом, орбитами и носом, большим диаметром нижней челюсти. То есть, во-первых, ярко выражено сходство женщин из Киша А с женщинами из эль-Хатту, а во-вторых, сходство их с населением энеолитического эль-Убейда, то есть принадлежность все к тому же средиземноморскому расовому плату. И самое главное! В столь специфическом краниологическом комплексе, который сочетает в себе гипердолихокранию, очень высокий свод и относительно широкую лобную кость, безошибочно узнается тот архаичный тип, который был представлен в эпоху докерамического неолита в Западной Месопотамии (Абу Хурейра II).

Кроме того, дополним данную характеристику морфометрическим материалом по углам горизонтальной и вертикальной профилировки. На обоих уровнях лицевой скелет женщин из Киша А профилирован значительно. Назомалярный угол — 137,0°, зигомаксиллярный угол резко клиногнатный — 121,5°, угол выступания носовых костей — большой (28,5,3°). Переносье широкое и высокое, по указателю — высокое, то есть развито более значительно, чем у мужчин (SC = 9,7 мм; SS = 4,4 мм; SS: SC = 47,0). Выраженная европеоидная основа здесь несомненна.

Все сказанное выше позволяет с большой долей вероятности констатировать, что краниологические особенности мужской части выборки из Киша А обусловлены метисационными процессами, происходившими между представителями средиземноморской расы и представителями иного расового пласта, в основе имевшего экваториальный компонент. Этот вопрос требует самостоятельного и пристального изучения.

Обратимся к палеоантропологическим материалам из «рядовых» погребений Киша (назовем ее сборной). Мужская часть выборки гипердолихокранна, она обладает большим продольным и малым поперечным диаметрами черепа, относительно высоким его сводом и широким лбом, узким, средневысоким (по указателю — высоким!) лицом, средневысокими орбитами и узким носом. В относительном выражении — с низкими орбитами и среднешироким носом, с малой нижнечелюстной шириной. Как видим, этот морфологический вариант также очень близок к характеристикам средиземноморского расового пласта, однако имеет мозаичное сходство и с компонентом, представленным в Эриду. Судя по всему, речь здесь должна идти либо о глубоко зашедшем процессе метисации между этими двумя антропологическими пластами, либо о механической смеси черепов, пока не изученной на предмет морфологического состава. В любом случае удается описать различия между двумя выборками из Киша по высоте свода (в первую очередь, от порионов!), высоте лица, существенно меньшей в сборной серии, ширине орбиты, пропорциям орбиты и носа, ширине нижней челюсти. Можно предположить, что на формирование антропологических особенностей жителей Киша, погребенных в гробнице А, оказал большее влияние краниологический вариант, представленный в эль-Убейде, а в морфологии «рядовых» жителей Киша существенную роль играл компонент, зафиксированный в Эриду.

Женские черепа из «рядовых» могил Киша характеризуются долихокранией, большим продольным диаметром, средних размеров поперечным, высоким сводом (как от базиона, так и от порионов), среднешироким лбом, узким, средневысоким (по указателю — высоким) лицом, небольшими орбитами, носом средних размеров и пропорций, узкой нижней челюстью (табл. 4а). Данный краниологический комплекс хорошо вписывается в известное популяционное разнообразие женского населения Месопотамии эпохи ранней бронзы.
К этому стоит добавить, что в нашем распоряжении есть небольшая выборка из Ура, которая, несмотря на мозаичное сходство, по своим морфологическим характеристикам ближе к сборной серии из Киша, чем к выборке из Киша А (табл. 4а). Мужские черепа из Ура гипердолихокранны, с очень большим продольным диаметром, малым поперечным, с очень большой высотой мозговой капсулы, среднешироким лбом, среднешироким и очень высоким по абсолютной величине лицом (самым крупным из всех месопотамских выборок), узкими и очень высокими орбитами, высоким, относительно узким носом, среднеширокой нижней челюсти. Краниологическое выражение морфологических особенностей средиземноморской расы здесь также хорошо выражено, что позволяет поставить вопрос о сходстве населения Ура раннего бронзового века с энеолитическим населением эль-Убейда, который расположен всего в нескольких километрах. Применение парного t-критерия Стьюдента позволяет с уверенностью отвергнуть близкое сходство этих выборок (табл. 9). Это можно объяснить несколькими версиями: 1) население эль-Убейда испытало на себе влияние экваториального расового ствола (что нами уже было предположено), тогда получится, что в Уре зафиксирован исходный краниологический вариант, представляющий средиземноморский пласт населения; 2) в самом Уре представлен морфологический вариант, сформировавшийся с ходом времени под воздействием метисационных процессов; 3) в Уре мы имеем дело с новым населением, ранее не представленным в Месопотамии и переселившимся сюда из соседних регионов. Проверка каждой из этих версий — дело ближайшего будущего.

Женские черепа из Ура обладают более длинной мозговой коробкой, чем остальные женские выборки ранней бронзы с территории Месопотамии, в остальном же они хорошо вписываются в известное разнообразие, в наибольшей степени сближаясь с женскими черепами из сборной серии Киша (впрочем, как и мужские части этих выборок).

Говоря о населении Месопотамии эпохи ранней бронзы нельзя обойти вниманием черепа из бассейна Хамрина, найденные на поселении Телль Губба (Ikeda, Wada, Ishida, 198). Представлены только четыре мужских черепа, лицевой отдел которых разрушен (табл. 5). Мозговой отдел характеризуется большим продольным диаметром, малым поперечным, гипердолихокранией, абсолютно узкой и среднедлинной лобной костью, узким основанием, большой теменной и малой затылочной хордой. Высота свода черепа от базиона зафиксирована только в одном случае, она средняя. По такому небольшому набору признаков очень рискованно делать какие бы то ни было сопоставления, однако имеющийся краниологический комплекс хорошо сопоставим как с выборками Южной Месопотамии — Эриду, Киш (сборн.), так и с выборкой из гораздо более близкого эль-Хатту.


Название признака,
№ по Р. Мартину

Телль Губба

Ур (сборн.)

Ур
(средняя бронза IIА)
Телль Сонгор-А*
n=4
n=6
n=4
n=9
1. Продольный диаметр 185,0 187,0 188,0 190,9
8. Поперечный диаметр 133,8 134,0 134,5 135,7
8:1. Черепной указатель 72,3 71,1 71,5 69,9
17. Высотный диаметр 132 (1) 136,2 135,0 136,7
17:1. Высотно-продольный I указ. 70,6 (1) 73,0 71,9 71,3
17:8. Высотно-поперечный I указ. 94,3 (1) 102,0 100,7 103,6
9. Наименьшая ширина лба 93,0 96,2 95,8 93,8
9:8. Лобно-поперечный указатель 70,2 71,6 71,2 69,1
48. Верхняя высота лица 70 (1)
51. Ширина орбиты 41,0
52. Высота орбиты 34,5
52:51. Орбитный указатель 84,2
55. Высота носа 50,5
54. Ширина носа 25,5
54:55. Носовой указатель 51,2
66. Угловая ширина нижней челюсти 93,7

Таблица 5
Краниометрическая характеристика мужского населения Месопотамии
эпохи ранней и средней бронзы

* в таблицах В. Бернхарда данная серия обозначена просто как «Хамрин»


Как уже говорилось, население эпохи средней бронзы представлено в Месопотамии чрезвычайно скудными палеоантропологическими данными. Это всего лишь четыре мужских черепа из Ура, относящиеся к периоду средней бронзы II А (все они лишены лицевого отдела). Мозговой череп их гипердолихокранный, с большим продольным и малым поперечным диаметрами, относительно высоким сводом и широким лбом (табл. 5). По этой скудной морфологической характеристике можно лишь судить о типологической близости черепов эпохи средней бронзы из Ура к черепам эпохи ранней бронзы из Ура и Киша (сборн.), а также к энеолитическим черепам из эль-Убейда.

Несколько более представительным выглядит краниологический материал эпохи средней бронзы из бассейна Хамрина (Ishida, 1981). Здесь представлены девять мужских черепов из памятника Телль Сонгор-А, для которых характерна гипердолихокрания — очень большой продольный и малый поперечный диаметры, относительно очень высокий свод, среднеширокий лоб, видимо, относительно низкое лицо с орбитами средних пропорций и широким по указателю носом, малый нижнечелюстной диаметр (табл. 6). При всей ограниченности этой характеристики нельзя не отметить большого сходства рассматриваемых черепов с синхронными черепами из Ура. Для убедительности нами был проделан сравнительный анализ этих двух выборок при помощи парного t-критерия Стьюдента, достоверной разницы обнаружить не удалось (табл. 9). Столь же велико сходство черепов из бассейна Хамрина с черепами эпохи ранней бронзы из Киша (сборн.) и, в меньшей степени, из Киша А и эль-Хатту. Выразительно и его сходство с энеолитическим эль-Убейдом.

Работа, проведенная японским исследователем Йо Вадой в 1980-е гг., позволяет нам охарактеризовать важнейшие признаки горизонтального и вертикального профиля черепов, найденных в бассейне Хамрина (табл. 9). Назомалярный угол — малый или очень малый, зигомаксиллярный угол — малый, то есть клиногнатность данного краниологического варианта не подлежит сомнению. Угол выступания носовых костей — средний или большой. При этом отмечается как общая прогнатность лицевого скелета, так и выраженный альвеолярный прогнатизм. Переносье широкое и очень высокое. Отметим сколь хорошо выражена европеоидность данной краниологической серии.

Палеоантропологические данные по населению Месопотамии эпохи поздней бронзы отсуствуют.

Перейдем к характеристике населения Месопотамии эпохи раннего железного века. К сожалению, краниологические выборки здесь также в основном малочисленные и нет возможности качественно оценить трансэпохальные изменения в строении черепа, так как полностью отсутствуют палеоантропологические материалы эпохи поздней бронзы и начальных этапов раннего железного века. В основном описаны материалы IX/VIII — VI вв. до н. э.

В сводке В. Бернхарда, которой мы здесь за редкими исключениями пользуемся, по какой-то причине отсутствуют две выборки — из Ашшура и из эль-Хадиты (бассейн Хамрина). Для их характеристики мы воспользовались оригинальными публикациями.


 Признак,
№ Мартина
Мужчины
Женщины
 Ашшур* Хадита
 Ниппур  Киш W  Урук Ниппур  Урук
 n=4  n=5  n=26  n=5  n=4  n=12 n=3
1. 184,3 187,6 193,7 191,0 187,1 181,6 175,5
8. 139,0 136,3 136,9 138,2 139,3 133,3 136,0
8:1. 75,5 72,2 70,9 72,7 74,5 73,7 77,5
17. 136,8 136,7 122 (1) 140 (1) 134,5
17:1. 71,6 70,3 57,7 74,8 (1) 72,3
17:8. 99,3 98,8 96,1 100,5 (1) 99,3
20. 118,4 122 (1) 117,0
20:1. 61,1 64,4 64,4
20:8. 86,5 88,6 87,7
9. 96,0 97,0 96,7 92,3 91,0 93,1 94,5
9:8. 68,5 71,2** 70,7 55,3 65,3 67,7 69,5
45. 133,3 133,2 -— 135 (1) 124,3
45:8. 97,8** 98,1 -— 96,9 (1) 92,3
48. 67,3 67,0 68,9 69 (1) 63,7
48:45. 50,2 52,4 51,1 (1) 50,6
51. 40,5 41,8 42,0 43,5 37,0 (1) 38,3
52. 32,8 32,8 32,6 32,5 30,0 (1) 32,7
52:51. 81,8 78,4 80,4 74,7 81,1 (1) 84,5
55. 50,8 52,8 53,6 49 (1) 48,5 (1) 49,9
54. 26,5 (1) 26,7 26,7 25,6 (1) 26,0 (1) 25,2
54:55. 50,0 (1) 51,6 51,1 51,0 (1) 53,6 (1) 50,1
66. 95,7 87,4 107,0 (1) 88,9
66:45. 73,1 79,3 (1) 71,5

Таблица 6
Краниометрическая характеристика населения Месопотамии 
эпохи раннего железного века (~900—500 гг. до н. э.) (по: Bernhard, 1993)
* краниометрическая характеристика дана автором по индивидуальным данным Г. Гримма;
** вычислено автором по средним величинам исходных признаков.


Краниологический материал из Ашшура крайне малочислен, представлены два относительно полных черепа середины II тыс. до н. э. и два черепа VIII–VII вв. до н. э. (Grimm, 1956/57). Один из черепов (№ 5136) определен Гансом Гриммом как предположительно женский, мы же, изучив индивидуальные цифровые данные и фотографии, склонились к тому, что он принадлежал мужчине. То же самое можно сказать еще об одном черепе из Ашшура (№ 5159), также рассматриваемом нами в качестве мужского. На данном этапе анализа представляется допустимым объединить все четыре для суммарного описания. Черепа из Ашшура долихокранны, однако, здесь четко прослеживается повышение черепного указателя — продольный и поперечный диаметры относятся к категории средних. По старой рубрикации черепного указателя он попадает в данном случае в категорию мезокрании (!). Лобная кость средней ширины, как относительно, так и абсолютно. Высота лица средняя, орбиты малых размеров и средних пропорций, нос средней высоты (табл. 6).

Небольшой краниологический материал из бассейна Верхнего Евфрата, был получен в ходе раскопок поселения эль-Хадита, он относится к ново-ассирийскому времени (Ishida, 1981, р. 122). Данные черепа представляет собой антропологический вариант близкий тому, что описан выше для Ашшура (табл. 6). Существенное отличие — гипердолихокранная мозговая капсула, имеющая большой продольный и малый поперечный диаметр, то есть в населении эль-Хадиты еще сохранялся тот краниологический вариант, что бытовал в предшествующий период, например, в Кише (сборная серия). Кроме того, стоит обратить внимание на высокий свод черепа, среднеширокое, относительно низкое лицо, низкие орбиты, средневысокий, широкий нос (как абсолютно, так и относительно).

Теперь обратимся к Нижней Месопотамии. Наиболее представительной краниологической серией эпохи раннего железного века здесь следует признать выборку из Ниппура (26 мужских и 12 женских черепов). Мужские черепа гипердолихокранны — с очень большим продольным и малым поперечным диаметрами, с относительно высоким сводом (от базиона) и широким лбом, с большой порионной высотой, со среднешироким лицом средних же пропорций, низкими орбитами, средневысоким, широким во всех отношениях носом и малой шириной нижней челюсти. Не трудно понять, что перед нами тот же самый антропологический вариант, описанный выше в эль-Хадите. К нему же должны быть отнесены и немногочисленные черепа из Ашшура и Урука. В последнем зафиксирован тот же высокосводный краниологический вариант (табл. 6).

Отличие его, как и в случае с черепами из Ашшура, в том, что мозговая капсула несколько более короткая и широкая, черепной указатель, оставаясь в пределах долихокрании, показывает все же довольно высокое значение. В силу малочисленности и фрагментарности этих выборок сопоставление их произведено по признакам мозгового отдела и при помощи t-критерия Стьюдента, который показал отсутствие достоверных отличий между ними (М. 1 = 1,78; М. 8 = 0,23; М. 8:1 = 1,21).

Женские черепа из Ниппура демонстрируют ровно тот же антропологический вариант, который отличается выражено низким лицом, небольших размеров орбитами, носом средних размеров и пропорций. Эти отличия могут вполне объясняться нормальным половым диморфизмом, однако стоит обратить пристальное внимание на низколицый антропологический вариант, тем более что он представлен у мужчин синхронной эль-Хадиты.

Таким образом, в эпоху раннего железного века и в Северной Месопотамии (эль-Хадита, Ашшур), и в Южной (Ниппур, Урук) был представлен относительно единый антропологический пласт, в среде которого можно было бы выделить более мезокранный вариант (Ашшур—Урук) и гипердолихокранный с относительно низким лицом (эль-Хадита—Ниппур). Вспомним, что последний был достаточно ярко представлен в бассейне Хамприна в эпоху ранней бронзы, в эль-Хатту. Именно этот тип и составил в основном ту суммарную антропологическую характеристику, которая представлена у М. Каппьери. При этом оговоримся сразу, параллелей с гипоморфными краниологическими вариантами типа Эриду провести не удается. Рассматриваемый вариант, как нам кажется, имеет самостоятельную историю формирования.

Ярким отличием среди выборок раннего железного века обладает только выборка черепов из Киша, из гробницы W, для которой кроме гипердолихокрании характерна узкая лобная кость, широкие и низкие орбиты, очень узкая нижняя челюсть — черты, восходящие напрямую к антропологическим особенностям людей, погребенных в Кише ранее, в гробнице А (табл. 6).

Для полноты картины трансэпохальной динамики краниологических комплексов на территории Месопотамии необходимо рассмотреть материалы эпохи античности, то есть конца I тыс. до н. э. — самого начала I тыс. новой эры (табл. 7). В данном случае имеются: довольно представительная серия из верхне-евфратского города Дура Европос и малочисленные выборки из Вавилона (8 черепов) и хурритского города Нузи (Йорган-Тепе; 18 черепов).


Название признака,
№ по Р. Мартину
Мужчины
Женщины
 Дура Европос  Вавилон  Нузи  Вавилон   Нузи 
 n=28  n=6 n=11
 n=2    n=7
1. Продольный диаметр 186,7 185,0 190,0 167,0 179,5
8. Поперечный диаметр 137,7 138,0 136,3 134,5 130,4
8:1. Черепной указатель 73,8 70,6 71,7 80,5 79,7
17. Высотный диаметр 131,5 131,2 141,2 130,5 130,8
17:1. Выс.-прод. I указ. 70,4 70,7 72,8 78,1 73,8
17:8. Выс.-попер. I указ. 95,5 96,0 102,7 100,1 99,5
20. Ушная высота 106,6 115,7 118,3 113 (1) 110,0
20:1. Выс.-прод. II указ. 57,1 63,6 62,0 67,7 (1) 61,3
20:8. Выс.-попер. II указ. 77,4 85,3 86,8 84,4 (1) 84,4
9. Наим. ширина лба 96,0 95,3 96,5 92,5 93,0
9:8. Лобно-попер. указ. 69,7 69,3 71,4 68,7 71,3
45. Скуловой диаметр 130,7 127,5 129,3 112,5 119,5
45:8. П. фацио-цер. ук. 94,9 91,8 96,7 83,6 (1) 91,6 (1)
48. Верхняя высота лица 70,3 70,4 74,3 67 (1) 67,7
48:45. Верх. лицев. указ. 53,8 56,7 58,0 56,6 56,6
51. Ширина орбиты 42,4 41,5 40,9 40,5 39,8
52. Высота орбиты 38,8 32,0 33,4 34,0 33,7
52:51. Орбитный указ. 91,5 77,6 84,8 83,9 84,6
55. Высота носа 52,7 53,2 53,2 53,0 50,3
54. Ширина носа 26,1 25,1 24,4 21,5 23,0
54:55. Носовой указ. 49,5 47,5 46,2 40,6 46,2
66. Угл. шир. ниж. чел. 92,7 98,0 87 (1) 87 (1)
66:45. Чел.-скул. указ. 74,2 75,8 77,3 (1) 72,8 (1)

Таблица 7
Краниометрическая характеристика населения Месопотамии 
конца I тыс. до н. э. — начала новой эры (II в. до н. э. — III в. н. э.) 
(по: Bernhard, 1993)


В сирийском Дура Европос представлен долихокранный вариант со средневысоким сводом от базиона и малой ушной высотой, среднешироким лбом, среднешироким и средневысоким лицом, с очень высокими орбитами, средневысоким и среднешироким носом. Можно с большой уверенностью утверждать, что в Дура Европос представлен иной, не характерный для Месопотамии антропологический вариант. За всю историю Междуречья здесь не встречалось сочетание низкого свода мозговой капсулы и высоких орбит.

Несколько черепов из Вавилона, которые ни в коем случае не могут рассматриваться как репрезентативная выборка, характеризуются гипердолихокранией, как и большинство месопотамских серий. Черепа обладают большим продольным и малым поперечным диаметрами, малой высотой черепа от базиона и средней высотой от порионов, которая оказывается большой по отношению к очень узкой мозговой коробке — уже известная нам гетероморфия в строении мозговой капсулы, ранее отмеченная в сериях из Эриду, Киша А, эль-Хатту. Ширина лобной кости средняя, ширина лица малая. По пропорциям лицевой скелет высокий, орбиты низкие, нос средних размеров и пропорций, нижнечелюстной диаметр малый (табл. 7). Признаки, характерные для средиземноморского антропологического пласта, фиксируются здесь отчетливо.

Любопытно, что два женских черепа из Вавилона, которые, конечно же, не могут характеризовать население в целом, обладают совершенно иным краниологическим комплексом — они мезо-брахикранны, с малым продольным и средним поперечным диаметрами, среднешироким лбом, высоким сводом мозговой капсулы как от базиона, так и от порионов. Лицевой отдел очень узкий, относительно высокий, нос высокий, узкий (табл. 7). Эти данные важны исключительно с точки зрения присутствия мезо-брахикранного компонента в составе населения городов в раннем железном веке Месопотамии. Характерно, что при наличии округлой мозговой капсулы, данный краниологический вариант сохраняет особенности средиземноморской расы в строении лицевого скелета.

Черепа из Нузи (Йорган-Тепе близ Киркука) показывают большое сходство морфотипов мужчин и женщин (на уровне категорий). Однако нельзя не заметить, что у женщин из Нузи, так же, как в случае с женскими черепами из Вавилона, как в случае с мужскими малочисленными выборками из Урука и Ашшура, мы имеем дело с мезо-брахикранным вариантом строения мозгового отдела черепа. В этот отношении мужская часть выборки из Нузи отличается от женской очень существенно: череп гипердолихокранный, с большим продольным и малым поперечным диаметрами, очень высоким сводом от базиона, что сближает его с черепами из Киша и Ура.

Как собственно и другие признаки этого хорошо узнаваемого краниологического комплекса — относительно очень высокий диаметр свода от базиона, широкая относительно максимального диаметра лобная кость, узкое, относительно очень высокое лицо, высокие по указателю орбиты и относительно узкий нос. Поэтому можно с уверенностью заключить, что население Нузи эпохи раннего железного века воспроизводит антропологические особенности населения Месопотамии более древнего периода — ранней и средней (?) бронзы.


Трансэпохальные изменения краниологического типа древнего населения Месопотамии

В начале анализа мы воспользовались обобщенной краниологической выборкой М. Каппьери, для того, чтобы дать общую характеристику краниологическим особенностям древнего населения Месопотамии. Теперь пришло время рассмотреть морфологию черепа месопотамского населения по крупным эпохам. На современном этапе материал вполне позволяет сделать это, пока, правда, только по мужским черепам. Имеющиеся краниометрические данные были подвергнуты усреднению (взвешенная средняя) в пределах крупных хронологических отрезков — историко-археологических эпох (табл. 8).


 Название признака,
№ по Р. Мартину
Эпоха бронзы Ранний железный век
Ранняя Средняя РЖВ II Античность
n=99 n=13
n=39
n=45
1. Продольный диаметр 188,3 190,0 191,7 187,3
8. Поперечный диаметр 135,6 135,3 137,5 137,4
8:1. Черепной указатель 72,2 70,4 72,0 72,9
17. Высотный диаметр 133,5 136,2 136,3 133,8
17:1. Высотно-продольный I указ. 72,8 71,5 70,0 71,0
17:8. Высотно-поперечный I указ. 98,7 102,7 98,8 97,3
20. Ушная высота 117,0 [118,5]** 110,7
20:1. Высотно-продольный II указ. 63,4 [61,2] 59,2
20:8. Высотно-поперечный II указ. 88,1 [86,6] 80,8
9. Наименьшая ширина лба 94,7 94,4 95,5 96,0
9:8. Лобно-поперечный указатель 70,0 69,7 67,9 70,1
45. Скуловой диаметр 126,5 [133,3] 129,9
45:8. Попер. фацио-церебральн. указ. 93,0 [98,1] 94,9
48. Верхняя высота лица* 71,1 / 73,6 [68,7] 71,3 / 73,8
48:45. Верхний лицевой указатель 57,0 [52,4] 55,2
51. Ширина орбиты 41,5 41,9 41,9
52. Высота орбиты 33,1 32,5 36,6
52:51. Орбитный указатель 80,0 79,8 88,0
55. Высота носа 52,9 52,9 52,9
54. Ширина носа 24,3 [26,6] 25,6
54:55. Носовой указатель 45,8 [51,1] 48,4
66. Угловая ширина нижней челюсти 93,8 [94,8] 96,1
66:45. Челюстно-скуловой указатель 74,2 [73,3] 75,2

Таблица 8
Трансэпохальные изменения морфологических черт мужского населения Месопотамии по краниометрическим данным
* указано значение верхней высоты лица до простиона (по сводке В. Бернхарда),
через слэш дано значение верхней высоты лица, если бы она была измерена до альвеоляре
(использован коэффициент Г. Ф. Дебеца — 1,035);

** в квадратных скобках даны характеристики, вызывающие сомнения в силу падения численности наблюдений.


Для эпохи ранней бронзы удалось усреднить данные почти по сотне черепов. Эпоха средней бронзы, как уже говорилось, представлена очень небольшим количеством черепов — фактически здесь две немногочисленные выборки, из Ура и из Телля Сонгор-А (Хамрин). Для того, чтобы убедиться в правомочности такого объединения нами проведено отдельное их морфологическое сопоставление при помощи парного t-критерия Стьюдента (табл. 10). Как можно легко убедиться, по большинству признаков эти выборки статистически неразличимы. Достоверные отличия отмечены только для высотно-поперечного и лобно-поперечного указателей, которые, впрочем, дали такой результат, скорее всего, в силу малочисленности рассматриваемых выборок. Остается только сожалеть, что у нас имеются только данные о форме мозговой коробки.

Для эпохи раннего железного века и периода античности удалось усреднить данные по нескольким десяткам черепов.

Название признака,
№ по Р. Мартину
Долихокранный
(n=26)
Брахикранный
(n=24)
t-критерий
Стьюдента
9. Наименьшая ширина лба 95,1 98,1 1,88
43(1). Биорбитальная ширина 97,9 100,0 1,56
46. Средняя ширина лица 95,3 97,3 0,97
Порионная ширина 111,8 117,0 3,05
45. Скуловой диаметр 131,4 136,5 2,88
48. Верхняя высота лица 68,9 71,7 2,18
48:45. Верхний лицевой указатель 52,4* 52,5* 0,11
SC. Симотическая ширина 10,4 9,8 0,84
SS. Симотическая высота 5,4 5,2 0,57
SS:SC. Симотический указатель 51,6 53,5 0,56
55. Высота носа 53,5 56,0 2,62
55:48. Носо-верхнелицевой указатель 77,6* 78,7*
72. Общий лицевой угол 84,5 86,7 2,16
74. Угол альвеолярной части 77,7 81,1 1,56
75(1). Угол выступ. носовых костей 31,0* 26,1* 3,69
77. Назомалярный угол 135,2* 138,6* 2,68
zm’ Зигомаксиллярный угол 126,1* 128,7* 1,67

Таблица 9
Сравнительная краниометрическая характеристика двух антропологических типов
древнего населения бассейна Хамрина (мужчины) (по: Wada, 1989)
* вычислено автором; подчеркнуты значения t-критерия Стьюдента,
показывающие различия, достоверные при р=0,05, р=0,01, р=0,01.


Во все периоды истории мужское население Месопотамии было крайне длинноголовым (гипердолихокранным). Оно обладало узкой мозговой капсулой средней высоты (от базиона; по высотно-поперечному указателю высота свода — большая!) и среднеширокой лобной костью, которая, будучи отнесенная к наибольшей ширине черепа, оказывается относительно широкой (табл. 8). Здесь важно вновь подчеркнуть, что именно этот краниологический вариант был представлен в Западной Месопотамии на заре неолитической эпохи! Продольный диаметр от эпохи к эпохе в основном оставался стабильным — большим, и лишь в период раннего железного века он несколько вырос (до 191,7 мм — очень большой). Высотный диаметр от порионов также демонстрировал относительную стабильность, выражавшуюся в больших величинах признака, и только в эпоху античности произошло его резкое уменьшение. Практически не менялись с ходом времени ширина орбиты, высота носа, стабильно малая ширина нижней челюсти. Обратим лишь внимание на то, что в эпоху античности, кроме указанного падения величины ушной высоты, резко выросла высота орбиты, что, естественно повлекло за собой и резкое увеличение орбитного указателя. Эти различия между древнейшим населением Месопотамии и населением эпохи античности показались нам сначала не очень значительными. Рабочая гипотеза позволяла предполагать, что гипердолихокранное население эпохи раннего неолита и энеолита так и сохраняло свой генофонд на протяжении столетий, и в эпоху античности кардинально не отличаясь от того, что было представлено в эпоху бронзы. Однако, для того, чтобы в этом убедиться, было решено провести сопоставление краниологических особенностей двух крайних в хронологическом отношении выборок при помощи парного t-критерия Стьюдента (табл. 10). Результат оказался очень важным. Оказалось, что население эпохи античности по абсолютному большинству признаков отличается от населения эпохи ранней бронзы на самом высоком уровне статистической достоверности. Особенности, отмеченные в краниологическом комплексе античного населения, не являются случайными, а представляют собой самостоятельный краниологический вариант, которому еще только предстоит найти аналогии и выявить механизмы его формирования.


Название признака,
№ по Р. Мартину
t-критерий Стьюдента
Эль-Убейд – Ур
(энеолит – ранняя бронза)
Хамрин – Ур
(средняя бронза)
Ранняя бронза – античность
1. Продольный диаметр 0,19 1,84 0,91
8. Поперечный диаметр 1,63 0,93 2,00
8:1. Черепной указатель 1,09 1,94 1,22
17. Высотный диаметр 5,14 1,34 0,34
17:1. Высотно-продольный I указ. 3,87 0,82 3,23
17:8. Высотно-поперечный I указ. 5,55 2,55* 1,77
20. Ушная высота 3,58 8,76
20:1. Высотно-продольный II указ. 2,79 9,34
20:8. Высотно-поперечный II указ. 1,53 12,30
9. Наименьшая ширина лба 1,67 1,76 1,64
9:8. Лобно-поперечный указатель 0,35 2,46 0,17
45. Скуловой диаметр 3,65 3,71
45:8. Попер. фацио-церебральн. указ. 4,89 2,78
48. Верхняя высота лица 4,35 0,27
48:45. Верхний лицевой указатель 1,84 3,18
51. Ширина орбиты 4,30 1,24
52. Высота орбиты 4,89 10,25
52:51. Орбитный указатель 7,75 8,90
55. Высота носа 0,80 0,00
54. Ширина носа 1,08 4,02
54:55. Носовой указатель 1,23 3,53
66. Угловая ширина нижней челюсти 1,29 2,03

Таблица 10
Сравнительная краниометрическая характеристика мужского населения Месопотамии
эпохи энеолита и бронзы

* подчеркнуты значения t-критерия Стьюдента, показывающие различия,
достоверные при р=0,05, р=0,01, р=0,01.