"Археология и антропология Земли вятичей"

Вятичи — одно из наиболее известных и хорошо изученных в археологическом плане древнерусских племен, внесших существенный вклад в формирование древнерусской народности.

Первые упоминания вятичей можно встретить уже на самых начальных страницах русских летописей. В «Повести временных лет» указано, что «...Вятко седе с родом своим по Оце, от него же прозвашася Вятичи...»; в летописной статье 6367 г. (859 г.) вятичи упоминаются в связи с уплатой дани хазарам — «...а Козаре имахуть [дань] на Полянех, и на Северех, и на Вятичих, имаху по беле и веверици, и тако от дыма».

Судя по всему, вятичи не вошли в состав объеденного князем Олегом Древнерусского государства (882 г.), по причине чего и стали объектом походов для великих князей Святослава (в 964–966 гг.) и Владимира Святого (в 981 г.). Несмотря на эпизодическое данничество, Земля вятичей фактически не подчинялась первым русским князьям, позднее разные её части входили в состав Смоленского, Черниговского, Рязанского и Ростово-Суздальского княжеств.

Наиболее часто вятичи и их города начинают попадать на страницы летописей в XII веке в связи с междоусобными войнами. В начале — между Святославом Ольговичем, изгнанным в 1146 г. из Новгорода-Северского, и выступившими в союзе против него черниговским князем Владимиром Давыдовичем и суздальским князем Юрием Владимировичем Долгоруким. Второй цикл войн связан уже с борьбой князей Изяслава Давыдовича с Святославом Ольговичем, ставшего черниговским князем. Именно в этот период происходит активное вовлечение вятичских земель в политическую жизнь древнерусских княжеств. В летописях появляются первые упоминания городов вятичей — Воротынска, Козельска, Коломны, Москвы, Мценска, Серенска, Тешилова и других. Последнее летописное упоминание вятичей относится к 1197 г.


Вятичи карта.jpg

Рис. 1. Города вятичей в XII веке (по Т. Н. Никольской, 1981)

Курганы Верхнего Поочья привлекли внимание исследователей ещё в XVIII в., однако время их изучения ещё не пришло. Первые, сначала любительские, а затем всё более научные раскопки, произведенные А. Д. Чертковым, С. Д. Нечаевым, А. А. Гатцуком, А. П. Богдановым, относятся к 1830–1860 гг. В дальнейшем происходило неуклонное накопление археологических материалов, происходивших с территории расселения древнерусских племен, в том числе — вятичей. К концу XIX в. это позволило выдающемуся русскому археологу А. А. Спицыну выйти на фундаментальные обобщения, отразившиеся в его работе «Расселение древнерусских племен по археологически данным» (1899). Систематизировав материал из многочисленных раскопок, сопоставив его со сведениями письменных источников о расселении древнерусских племен, он пришел к выводу о соответствии ареалов распространения определенных наборов женских украшений территориям летописных племен. Прежде всего это оказалось справедливым для височных колец. Зоны распространения разных типов височных колец и ряда других вещей стали критерием для выделения уже на археологическом материале территорий, занимаемых теми или иными племенами.

В дальнейшем исследования по археологии древнерусских племен, в том числе вятичей, углублялись и расширялись. В 1930-е гг. были опубликованы первые монографические работы, посвященные отдельным древнерусским племенам, — «Курганы вятичей» А. В. Арциховского (1930), «Радимичи» Б. А. Рыбакова (1932; на белорусском языке). Они обобщили огромный археологический материал, накопленный к тому времени. Вскоре начались и широкие дискуссии. Так, например, с критикой этих работ выступил П. Н. Третьяков, который в отличие от А. А. Спицына, А. В. Арциховского и Б. А. Рыбакова видел в обозначенных «общностях» не племена времен «Повести временных лет», а «общности», соответствующие политическим границам складывающихся княжеств. Тем не менее, общая линия исследования древнерусских племен была продолжена — вышли в свет работы Б. А. Рыбакова («Поляне и северяне», 1947; «Уличи», 1950), В. В. Седова («Кривичи», 1960) и ряд других.

В книге «Курганы вятичей» А. В. Арциховским были обобщены и систематизированы материалы из раскопок курганных могильников, разработана типология вещевого инвентаря, очерчена по этим данным территория расселения вятичей, а также представлен общий очерк истории этого племени. В результате археологических исследований удалось обозначить территорию расселения вятичей, включив в неё весь бассейн верхнего течения реки Оки, Москворечье и Рязанское Поочье. Вне поля зрения А. В. Арциховского остались такие темы как особенности погребального обряда, хозяйства и ремёсел, характеристика вятичских поселений. Эти вопросы оказались в фокусе внимания следующих поколений исследователей. Стоит назвать такие работы как «Погребальный обряд вятичей» Н. Г. Недошивиной (1974), «Хронология „вятических“ древностей» Т. В. Равдиной (1975), «Земля вятичей» Т. Н. Никольской (1981), «Московская земля IХ—ХIV вв.» А. А. Юшко (1991); «Ювелирное дело „Земли вятичей“ второй половины XI–XIII века» И. Е. Зайцевой и Т. Г. Сарачевой (2011).

В настоящее время актуальнейшей проблемой археологического изучения Верхнего Поочья является вопрос наличия памятников IX–X вв., то есть стоящих между финальным этапом дьяковской культуры и памятниками, связываемыми с летописными вятичами. Судя по последним открытиям, данный пласт древностей связан с роменской культурой. Другой круг вопросов связан с исследованием позднесредневековых поселений и исторической топографией этого времени.

Вопросы истории Земли вятичей, в том числе проблемы формирования средневекового населения бассейна Верхней Оки и характера этногенетических процессов на протяжении всего II тысячелетия в целом, потребовали комплексного подхода к источникам, использования не только данных археологии и письменной истории, но и активного привлечения данных других наук — языкознания (В. Н. Топоров, О. Н. Трубачев, Г. А. Хабургаев и др.), физической антропологии (Т. И. Алексеева, С. Г. Ефимова).

Первые антропологические исследования древнерусского населения Окского бассейна принадлежат выдающемуся русскому антропологу и зоологу XIX в. А. П. Богданову. Его работа «Материалы для антропологии курганного периода в Московской губернии» (1867) дала общие сведения о физическом облике населения, которое в исторической и археологической литературе связывается с племенем вятичей. В первой половине XX в. к изучению краниологических особенностей вятичей обращались В. В. Бунак и Т. А. Трофимова, изучавшие группы древнерусского населения верхнего течения Оки и её притоков, Поднепровья и Верхнего Поволжья. Результаты их исследований были опубликованы по отдельности, а также включены в обобщающую монографию Г. Ф. Дебеца «Палеоантропология СССР» (1948). Ко второй половине XX в. относятся монументальные исследования Т. И. Алексеевой, посвященные проблемам этногенеза восточных славян по данным антропологии. Она отметила, что вятичи были длинноголовы и обладали узким лицом и довольно широким средневыступающим носом. Разделив черепа древнерусского времени из раскопок в бассейне Оки на несколько групп, Т. И. Алексеева выявила отличия между населением, обитавшим вдоль течения р. Москвы и в Московско-Клязьминском междуречье, с одной стороны, и восточными и западными группами вятичей, с другой. Популяции, располагавшиеся восточнее, в нижнем течении р. Москвы и в поречье Пахры, оказались более узколицыми, западные же, занимавшие поречье Угры, были более длинноголовыми.


ВятичВес.jpg
Рис. 2. Реконструкция облика вятича по черепу из кургана на Лосином острове
(Автор – Е.В. Веселовская, 1989)


Последняя обобщающая работа по этногенезу славянского населения Восточной Европы, в которой вятичи рассматривались наряду с другими группами древнерусского населения, появилась в самом конце XX в. В ней коллектив авторов — антропологов, генетиков и археологов, работавший под руководством Т. И. Алексеевой, исследовал проблему на самом современном методическом и теоретическом уровне — с помощью данных различных наук и разнообразных методик (Восточные славяне. Антропология и этническая история, 1999).

* * *

Целью нашего проекта является изучение связей между археологическими и антропологическими признаками, свойственными средневековому населению бассейна Верхней Оки, в первую очередь — вятичам, занимавшим в регионе ключевое положение. На основе синтеза данных, рассмотренных на индивидуальном и межгрупповом уровне, мы предполагаем рассмотреть историю формирования и последующего взаимодействия различных групп древнерусского населения Поочья. Для получения более наглядной картины взаимодействия вятичей с другими племенами планируется привлечь данные по Верхнему Поднепровью и Верхневолжью. Описание и обработка материалов производится как по традиционным методикам, принятым в каждой из наук, так и с использованием новых методов исследований.