НАЧАЛО ОДОМАШНИВАНИЯ РАСТЕНИЙ И ЖИВОТНЫХ В ЗОНЕ ПЛОДОРОДНОГО ПОЛУМЕСЯЦА
19.05.2020
НАЧАЛО ОДОМАШНИВАНИЯ РАСТЕНИЙ И ЖИВОТНЫХ В ЗОНЕ ПЛОДОРОДНОГО ПОЛУМЕСЯЦА
Т. В. Корниенко

Плодородный полумесяц (англ. Fertile Crescent) — историко-географический регион на Ближнем Востоке: от юго-восточных предгорий Антиливана через Южный Тавр и Иракский Курдистан до Южного Загроса. С юга Плодородный полумесяц ограничен Сирийской и северо-аравийскими пустынями, с юго-запада — Синайским полуостровом, с запада — Средиземным морем, с севера — горами Тавр и Армянским нагорьем, с востока — горами Загрос (территории Ливана, Палестинской автономии, большей части Израиля, северо-запада Иордании, Сирии, юго-востока Турции, севера Ирака, северо-запада Ирана). Термин впервые появился в работе «Древние памятники Египта» (Ancient Records of Egypt. Chicago, 1906–1907 Vol. 1–5) американского египтолога Джеймса Генри Брэстеда — основателя и первого директора Восточного института Чикагского университета. Наряду с «неолитической революцией», Плодородный полумесяц — одно из базовых понятий для исследования становления производящего хозяйства на Ближнем Востоке и в соседних регионах.

Швейцарский ботаник А. де Кандоль, создатель одной из первых научных концепций о происхождении культурных растений, в 1880-х гг. предположил, что культура земледелия зарождалась не на равнинных приречных участках, а в предгорных районах. Полвека спустя экспедиции Н. И. Вавилова доказали это предположение. Именно в предгорных районах многих стран было собрано наибольшее сортовое и видовое разнообразие предковых видов культурных растений. Н. И. Вавилов отнёс территорию Плодородного Полумесяца к первичным очагам распространения производящей экономики (Вавилов, 1987).

В 1920-е гг. В. Г. Чайлд, изучая вопрос о том, какое влияние на охотников и собирателей Европы оказал произошедший в конце ледникового периода переход к новому образу жизни, обратил внимание на Ближний Восток как вероятный центр происхождения производящей экономики, откуда производство пищи распространилось на Европу (Сhilde, 1925; 1928; 1951; Чайлд, 1952; 1956).

С конца 1940-х гг. Р. Брейдвудом были инициированы комплексные и систематические исследования неолитических памятников в зоне Плодородного полумесяца. Для южных предгорий Тавра и Загроса он вводит понятие «Холмистые фланги» (англ. Hilly Flanks), предположив, что именно там следует искать истоки сельского хозяйства. Эти работы были поддержаны и продолжены Х. Чамбел, М. Оздоганом (Турция); К. Кеньон (Великобритания); Ж. Ковэном, Д. Стордёром (Франция), Н. О. Бадером, Н. Я. Мерпертом, Р. М. Мунчаевым (СССР, Россия); Х. Хауптманном, К. Шмидтом (Германия); М. Розенбергом, Г. Роллефсоном (США), С. К. Козловским, Р. Ф. Мазуровским (Польша); О. Бар-Йозефом (Израиль) и многими другими учеными.

К настоящему времени изучено около тысячи памятников эпипалеолита и раннего неолита в зоне Плодородного полумесяца. Большое внимание уделяется исследованиям с привлечением данных палеоклиматологии, геологии, палеоботаники, палеозоологии, палеоантропологии и других естественнонаучных дисциплин.

В эпоху, переходную от позднего плейстоцена (заканчивающегося поздним дриасом или дриасом III, англ. Younger Drias) к раннему голоцену (времени потепления и увлажнения климата), территория Плодородного полумесяца становится местом, где флора и фауна переходной зоны — на границе между девственными лесами и степями — изобиловала видами диких растений и животных. Это привлекало в данный регион группы охотников и собирателей и способствовало появлению там долговременных поселений, демографическому росту. Некоторые из видов диких растений и животных подходили для доместикации (в частности, дикие предки коров, коз, овец, свиней, пшеницы двузернянки, пшеницы однозернянки, ячменя, льна, нута, гороха, чечевицы, горькой вики, фисташек и другие). Использование биомолекулярных методов позволяет указать территории одомашнивания отдельных культур, например, пшеницы-однозернянки на склонах потухшего вулкана Карачадаг (Heun и др. 1997; Haldorsen и др. 2011), а также в целом выделить независимые, очень ограниченные, центры одомашнивания.

Переход к сельскому хозяйству осуществлялся в различных очагах Плодородного полумесяца на протяжении около 4 000 лет и разными путями (с использованием различных видов растений и животных). Современные исследователи работают над детализацией знаний о данных процессах для разных регионов зоны Плодородного полумесяца.

В Чога Голан (предгорья Загроса, Иран) дикие злаки были морфологически доместицированы примерно 9800 лет назад. Такая эволюционная адаптация раньше фиксируется в западных областях Плодородного полумесяца (между 10500 и 10000 лет назад). Начало содержания козьего стада в Загросских горах датируется тем же временем (9800 лет назад) и также происходит позднее, чем на западе. Генетические исследования указывают на независимое возделывание ячменя в Загросском кластере. Тем не менее, для того, чтобы разграничить локальные процессы доместикации и обмена опытом между отдельными областями Плодородного полумесяца, а также осуществить датировку, требуется больше данных (Willcox, 2013).

Климатические изменения также по-разному протекали в различных регионах Плодородного полумесяца. Например, анализ изотопных данных наглядно показывает, что в высокогорных районах Юго-Восточной Турции ранний дриас проявил себя более жёстко по сравнению с Восточным Средиземноморьем (Jones и др., 2007). В Южном Леванте инжир стал распространенным растением раньше, чем на северных и восточных участках Плодородного полумесяца, вероятно, в связи с более тёплым климатом. Его образцы весьма частотны на памятниках периода докерамического неолита А. Предположительно, инжир начали культивировать и даже одомашнили уже 11400 радиоуглеродных лет назад (Kislev и др., 2006).

С биологической точки зрения для доместикации как самые благоприятные отмечаются районы повышенного многообразия диких форм предковых растений и животных, ибо каждый вид формировался стихийно на основе гибридизации нескольких родственных. Кроме того, в нестабильных и разнообразных условиях растения и животные более склонны к мутациям. Наибольшее количество видов флоры и фауны встречается в так называемых «маргинальных» областях — местах пересечения нескольких природно-климатических зон. Эффективные охота и собирательство в таких районах позволяли поддерживать необходимый уровень существования больших групп людей при переходе к оседлому образу жизни до начала преобладания в их хозяйстве производящих видов деятельности.

Ключи и пруды, озёра на известняковых участках до сих пор остаются важной характеристикой отдельных территорий рассматриваемого региона. Именно рядом с ними основывались первые долговременные поселения. Другим преимуществом являлось изобилие материала, необходимого для изготовления орудий труда. Имела место транспортировка на большие расстояния различных сырьевых ресурсов: обсидиана, морских раковин, битума, охры и хлорита, которые обнаруживаются на памятниках далеко от места их добычи, что свидетельствует о наличии контактов между очагами распространения неолитического образа жизни.

Пересечение нескольких природно-климатических зон, наличие сейсмически активных разломов способствовали мутациям, гибридизации животных и растений, что приводило к их повышенному видовому многообразию. Охота и собирательство в таких районах позволяли поддерживать необходимый уровень существования больших групп людей при переходе к оседлому образу жизни до начала преобладания в их хозяйстве производящих видов деятельности. Увеличение демографических показателей в зоне Плодородного Полумесяца в эпоху раннего голоцена, в период потепления и увлажнения климата, подталкивало человеческие коллективы к поиску новых экономических (производящая экономика) и социально-политических (сложные иерархические общества) стратегий выживания.

Климат в зоне Плодородного полумесяца XII–IX тысяч лет назад отличался жарким летом и сравнительно мягкой, влажной зимой. Зимние дожди, приносящие до 92% годовых осадков, давали возможность развития неполивного земледелия.

В эпоху раннего голоцена Плодородный полумесяц становится одним из основных центров неолитизации и формирования предпосылок становления цивилизации. В зоне Плодородного полумесяца представлены все этапы доместикации многих видов животных и растений. Переход к производящей экономике 11500-11000 лет назад прослежен на западном фланге Плодородного полумесяца — на памятниках Южного Леванта (натуфийские памятники, Иерихон и др.), Северной Сирии (Абу Хурейра, Мурейбит, Джерф-эль-Ахмар); в центральной части Плодородного полумесяца — в Юго-Восточной Турции (Чайёню Тепеси, Невали Чори); и в восточной зоне Плодородного полумесяца — в Северном Ираке (Немрик, Халлан Чеми, Карим-Шахир, Зави-Чеми-Шанидар) и в предгорьях Загроса в Иране (Гандж-Даре, Чога Голан, Шейх-эль-Абад).

С утверждением производящей экономики в зоне Плодородного полумесяца последовавший за этим демографический стресс, а также климатические колебания способствовали распространению неолитического образа жизни в соседние и более удалённые районы, подходящие по своим природно-климатическим характеристикам (Центральная и Южная Месопотамия, Египет, Анатолия, острова Восточного Средиземноморья, Юго-Восточная Европа и другие).

Зона Плодородного полумесяца — одна из нескольких на Земле, где независимо произошел переход к производящей экономике. Окончательно сельскохозяйственный образ жизни утвердился с изобретением системы искусственного орошения вдоль русел крупных рек, что привело к дальнейшему увеличению и специализации производства, росту населения, усложнению общественной структуры, идеологической системы и, в конечном итоге, созданию первых городов и государств.


Аннотированная библиография


  • Клименко В. В. О главных климатических ритмах голоцена // Доклады Академии наук. 1997. № 357. Р. 399–402.

  • Клименко В. В., Климанов В. А., Федоров М. В. История средней температуры северного полушария за последние 11000 лет. // Доклады Академии наук. 1996. № 348. Р. 111–114.

  • Клименко В. В., Климанов В. А., Кожаринов А. В., Федоров М. В. Глобальный климат и тысячелетний тренд температур в позднеледниковье и голоцене // Метеорология и гидрология. 1996. № 7. Р. 26–35.

  • Клименко В. В., Клименко А. В., Андрейченко Т. Н., Довгалюк В. В., Микушина О. В., Терешин А. Г., Федоров М. В. Энергия, природа и климат. М.: Издательство Московского энергетического института, 1997.

В данных работах В. В. Клименко с соавторами рассматривает вопросы климатических колебаний, в т. ч. микроритмов раннего голоцена. Рубеж плейстоцена и голоцена по завершении около 10600 некалиброванных лет назад (л. н.) похолодания верхнего дриаса (Клименко и др. 1996) ознаменовался быстрым приростом средней температуры Северного полушария.


  • Прусаков Д. Б. О причине «позднего» перехода к неолиту и производящему хозяйству в Египте: Материалы для ландшафтно-климатической реконструкции // История и современность. 2005. № 2. С. 80-112.

В ходе потепления раннего голоцена в среднем к VIII тыс. до н. э. увлажнение климата Африки создало такие естественные условия жизни в Сахаре и Сахеле (области саванн) к югу от неё, которые по качеству далеко превзошли всё, что могла дать людям пойма Нила. В Центральной Сахаре радиоуглеродные даты 9370±130 и 9330±130 лет назад соответствуют находкам разнообразной керамики, каменных наконечников стрел и зернотёрок для дикорастущих злаковых. В Ливийской пустыне обнаружены следы эпипалеолитических селищ с развитым керамическим производством, датированные 8640±70 и 8070±100 лет назад (Mori 1965; Barich 1978, 1984). Район плейасов Набта—Кисейба на юге современного Египта дал керамику возраста 9800 лет назад (Close 1987, 1995; Nelson 2001), причём ряд исследователей допускал здесь доместикацию крупных рогатых уже 9500-9000 лет назад (Banks 1984; Wendorf etal. 1984; Gautier 1980, 1987; Wendorf, Schild 1998).

Раннеголоценовые западные «пустыни» Нижней Нубии и Египта, включая оазисы, отличались богатейшим животным миром, существование которого было бы невозможно без обильной растительности, в том числе древесной. Найденные кости и наскальные рисунки указывают на носорога, бегемота, слона, жирафа, крупный и мелкий рогатый «скот», эквидов (лошадиные), страуса, среди которых промышляли хищники: крокодил, лев, каракал (пустынная рысь). По самым смелым оценкам, годовое количество осадков во времена процветания рассмотренной фауны в различных регионах Египта и Судана могло колебаться от 200 до 800 мм (McHugh 1974a, 1974b, 1981). Очевидно, избыток пищи, образовавшийся в пустынях Северо-Восточной Африки с превращением их по окончании ледниковой эпохи в цветущие саванны, обусловил устойчивое предпочтение обитателями раннеголоценового Египта охоты и собирательства в Сахаре трудоёмкому освоению неприветливой малоплодородной долины Нила.


  • Прусаков Д. Б. Древний Египет: почва цивилизации: (Этюд о неолитической революции). М.: Книжный дом «Либроком», 2009.

Д. Б. Прусаков в нескольких своих публикациях пытается именно с точки зрения природно-климатических особенностей рассматриваемого им региона объяснить не вхождение Египта (одного из очагов первых цивилизаций) переходной от плейстоцена к голоцену эпохи в зону Плодородного полумесяца. Изложенный в книге авторский взгляд на причины относительно поздней неолитической революции в долине египетского Нила связывает этот феномен непосредственно с отложением ила и формированием плодородных аллювиальных почв в нильской заливной пойме. В Египте этот процесс начался не ранее VII-VI тыс. до н. э. и послужил предпосылкой развития производящего хозяйства и последующего генезиса фараоновской цивилизации. Исследование основано на комплексе данных палеоклиматологии и археологии, включая обширный датировочный материал.


  • Шнирельман В. А. Происхождение скотоводства: культурно-историческая проблема. Изд. 2-е доп. М.: Книжный дом ЛИБРОКОМ, 2012. (Более раннее издание: Шнирельман В. А. Происхождение скотоводства. М., Наука, 1980).

  • Шнирельман В. А. Возникновение производящего хозяйства (очаги древнейшего земледелия). Изд. 2-е доп. М.: Книжный дом ЛИБРОКОМ, 2012. (Более раннее издание: Шнирельман В. А. Возникновение производящего хозяйства. М.: Наука, 1989).

В. А. Шнирельман выделил шесть микроочагов в Передней Азии, отмечая специфический для каждого набор доместицированных растений и животных Перечислим эти микроочаги. Четыре из них признаны первичными: восточно-средиземноморский, охватывающий Палестину и Юго-Западную Сирию; северо-сирийский; юго-восточно-анатолийский; загросский; южно-анатолийский, возможно носивший вторичный характер и закавказский, где процесс доместикации также проходил несколько позже (Шнирельман, 1989; 1989а).


  • Bar-Yosef O. The Natufian culture in the Levant, threshold to the origins of agriculture // Evol. Anthropol. 1998. № 6. Р. 159-177.

В своей модели развития раннего натуфа в поздний (12700-11500 лет назад) О. Бар-Йосеф отстаивает точку зрения распространения раннего культивирования зерновых в северной зоне Плодородного полумесяца из Леванта.


  • Jones M. D., Roberts N., Leng M. J. Quantifying climatic change through the last glacial—interglacial transition based on lake isotope palaeohydrology from central Turkey // Quaternary Research. 2007. № 67. Р. 463-473.

Анализ изотопных данных, который приводится в этой статье, наглядно показывает, что в высокогорных районах ранний дриас проявил себя более жёстко по сравнению со Средиземноморьем.


  • Flannery K. V. Origins and ecological effects of early domestication in Iran and the Near East // The Domestication and Exploitation of Plants and Animals (eds. P. J. Ucko and G. W. Dimbleby). London: Duckworth, 1969. Р. 73-100.

  • Flannery K. V. The Cultural Evolution of Civilizations. Annual Review of Ecology and Systematics. 1972. № 3. Р. 399-426.

К. В. Фланнери ещё в 1960-е гг. начал разработки экологических аспектов «неолитической революции» первичных центров производящего хозяйства. Несколько его работ посвящены истокам сельского хозяйства и сельской жизни на Ближнем Востоке в соотношении с культурной эволюцией данного региона. В названных работах автор отстаивает «модель широкого спектра» в понимании процесса неолитизации.


  • Kislev M., Hartmann A., Bar-Yosef O. Early domesticated fig in the Jordan valley // Science. 2006. № 312. Р. 1372-1374.

В Южном Леванте инжир стал распространенным растением раньше, чем на севере, вероятно, в связи с более тёплым климатом. Его образцы весьма частотны на памятниках периода докерамического неолита А. Предположительно, инжир начали культивировать и даже одомашнили уже 11400 лет назад.


  • Roberts N. Did prehistoric landscape management retard the post-glacial spread of woodland in southwest Asia? // Antiquity. 2002. № 76. Р. 1002-1010.

Эпоха раннего голоцена характеризуется ростом температуры и увеличением количества осадков. Тем не менее, на поселениях, расположенных высоко над уровнем моря, количество образцов степных видов остаётся внушительным, в то время как данные с поселений вблизи озёр на малой высоте и исследование кернов из морских залежей указывают на распространение лесных насаждений по территории Ближнего Востока


  • Riehl S., Benz M., Conard N. J., Zeidi-Kulehparcheh M., Darabi H., Nashli H. F., Deckers K. Plant use in three Pre-Pottery Neolithic sites of the Northern and Eastern Fertile Crescent: a preliminary report // Vegetation History and Archaeobotany. 2012. Т. 21. № 2. Р. 95-106.

  • Riehl S., Zeidi M., Conard N. J. Emergence of Agriculture in the Foothills of the Zagros Mountains of Iran // Science. 2013. Vol. 341. P. 65-67.

Большинство свидетельств получено с западных и северных территорий Плодородного полумесяца, в то время как восточные территории остаются малоизученными с археологической точки зрения, о чём свидетельствует карта археоботанических исследований памятников эпохи докерамического неолита. Авторы рассматриваемых обращаются к недавно полученным материалам с памятников Восточного крыла Плодородного полумесяца (в т. ч. Чога Голан и Кортык Тепе)

Интенсивное использование растений в Кортык Тепе подтверждается наличием большой семенной коллекции. Наиболее активно собирались травы. Достаточно частотны различные виды зернобобовых, маревых, крестоцветных и тростников. На иранских памятниках набор собираемых растений отличается. На Восточном Чиа Сабз и Чога Голан имеется целый ряд диких предшественников современных зерновых, датируемых примерно 10500 и 10600 лет назад, соответственно. Датировка самых ранних слоёв AH XI на памятнике Чога Голан находится в процессе уточнения. Использование диких предшественников зерновых в период, эквивалентный раннему докерамическому неолиту Леванта, подтверждает гипотезу о независимом развитии культивации на исследуемых иранских памятниках и, соответственно, теорию о независимом одомашнивании зерновых на территории Загросских гор.


  • Savard M. Epipalaeolithic to early Neolithic subsistence strategies in the northern Fertile Crescent: the archaeobotanical remains from Hallan Cemi, Demirkoy, M’lefaat and Qermez Dere. Doctoral dissertation. Department of Archaeology. University of Cambridge, 2004

  • Savard M., Nesbitt M., Jones M. K. The role of wild grasses in subsistence and sedentism: new evidence from the northern Fertile Crescent / М. Savard, М. Nesbitt, М. К. Jones // World Archaeology. 2006. Vol. 38/2. Р. 179-96.

Анализируются данные, собранные на четырёх памятниках северной/центральной части зоны Плодородного Полумесяца эпохи докерамического неолита А (Халлан Чеми, Демиркёй, Млефаат и Кермез Дере), которые сопоставляются с археоботаническими данными других эпипалеолитических, натуфийских и ранненеолитических памятников, которые демонстрируют свидетельства оседлости, причем большинство из них расположены в Левантийском и Евфратском коридорах.

Делается заключение, что ни на одном из памятников, кроме Млефаат, не обнаружено колосковых или цветковых чешуек, кроме того, ни на одном из поселений не имеется никаких свидетельств доместикации. Четыре археоботанических коллекции можно чётко разделить на две группы: коллекции Халлан Чеми и Демиркёй отличаются большим разнообразием, при этом в них доминируют семена пойменных растений, а в коллекциях Млефаат и Кермез Дере превалируют бобовые и злаки.

Исследование остатков растений с 4 памятников, результаты которого подробно изложены в настоящей статье, а также с 11 других памятников, показало, что крупносеменные злаки представляют собой незначительную составляющую питания человека в доаграрных поселениях, за исключением Мурейбита. На 5 или 7 остальных памятниках (распространенность в Абу Хурейре и Джерф эль-Ахмаре не определена) распространенность крупносеменных злаков превысила 10%, то есть данные злаки являлись одними из основных пищевых продуктов. На оставшихся 7 или 9 памятниках их наличие незначительно.

С учетом скудного количества крупнозерновых злаков, обнаруженных на доаграрных поселениях, тем более поразителен тот факт, что неолитические сельскохозяйственные культуры включали 4 злака: пшеницу-однозернянку и двузернянку, ячмень и рожь. Такой выбор вкупе с малым количеством крупносеменных бобовых объясняется, скорее, их морфологической и экологической приемлемостью для культивирования (см., например, Bar-Yosef и Kislev 1989: 636-40), чем распространенностью в доаграрном питании человека. Там, где злаки действительно были важной составляющей стратегий обеспечения питания охотников и собирателей, они не являлись, тем не менее, ни главным, ни единственным основным пищевым продуктом: так, например, в коллекциях Кермез Дере и Млефаат бобовые также играли весьма важную роль в питании в течение всего времени использования данных поселений. Обнародованные данные по остальным памятникам также указывают на то, что доля других пищевых растений, например, бобовых, часто оказывается не менее значительной. И, наконец, данные по Мурейбиту наглядно показывают, что, если злаки доминируют в коллекции памятника, необязательно, что это соответствует действительности на протяжении всех этапов использования данного поселения, особенно, на начальном этапе.

В Халлан Чеми, где имеются биоархеологические свидетельства круглогодичного использования поселения, оседлый образ жизни был возможен и без использования злаков в качестве важной составляющей питания. В Млефаате, где также имеются убедительные биоархеологические свидетельства круглогодичного использования поселения, другие пищевые растения оказались настолько же важны с точки зрения их количества и распространенности, что и злаки.


  • Willcox G., Buxo R., Herveux L. Late Pleistocene and Early Holocene climate and the beginnings of cultivation in northern Syria // The Holocene. 2009. Vol. 19, № 1. Р. 151-158.

Археологические памятники Абу Хурейра, Мурейбит, Телль Карамель, Джерф эль-Ахмар, Джада, Халула и Телль Абр, расположенные в Северной Сирии, функционировали как пред- и ранненеолитические поселения в промежутке с 13250 до 9300 лет назад. Данный период характеризуется наличием климатических изменений в позднем плейстоцене и раннем голоцене, а также зарождением сельского хозяйства. В свете данных, собранных на указанных семи памятниках, включающих десятки тысяч образцов обугленных растительных остатков, авторы рассматривают роль климата применительно к отдельным видам пищевых растений, относящихся к этому важнейшему в истории развития человечества периоду.

Датировка памятников основана на свыше ста радиоуглеродных дат. Абу Хурейра 1 (поздний натуф) датируется периодом до раннего дриаса и функционирование данного поселения совпадает с окончанием периода позднего межледниковья; Мурейбит 1 (поздний натуф) и Мурейбит 2 (Хиамская культура), а также ранние слои Телль Карамель (Хиамская культура) относятся к периоду раннего дриаса. Джерф эль-Ахмар, Телль Абр, Мурейбит III (все: докерамический неолит А), Джада (ранний докерамический неолит В) и Халула (средний докерамический неолит В) датируются ранним голоценом. Диапазоны радиоуглеродных дат для указанных памятников представлены в статье в Таблице 1.

Анализ гренландских ледяных кернов позволил получить авторам высокоразрешающие данные, имеющие непосредственное отношение к их исследованию, включая амплитуду колебаний изотопов кислорода. Кроме того, использовались данные образцов древесной пыльцы и огромного количества образцов пыльцы полыни (Artemisia) и мари (Chenopods) соседних территорий.

Делается вывод о том, что в промежутке между окончанием ледникового периода и началом раннего дриаса лесная растительность распространялась на низменностях. Анализ растительных остатков и семян, собранных на эпипалеолитическом поселении Абу Хурейра показал, что для регионов по течению Евфрата (на высоте между 280 и 500 м над уровнем моря) в Северной Сирии характерна лесная и степная растительность с преобладанием фисташки туполистной (Pistacia atlantica) и злаковых трав, а также (редко) дубов. Климат указанной эпохи был более прохладным и сухим, нежели сегодня. Зоны растительности (и уровень моря) в тот период располагались ниже, чем сегодня. В период раннего дриаса в поселениях, расположенных по течению Евфрата Мурейбит 1 и 2 (290 м над уровнем моря) были распространены фисташка, злаковые травы и дуб, данные ресурсы остались доступными и в период ухудшения климата. В некоторых слоях также обнаружено множество обугленных растительных остатков мари. Эпоха раннего голоцена характеризуется ростом температуры и увеличением количества осадков. Тем не менее, на поселениях, расположенных высоко над уровнем моря, количество образцов степных видов остается внушительным, в то время как данные с поселений вблизи озёр на малой высоте и исследование кернов из морских залежей указывают на распространение лесных насаждений по территории Ближнего Востока.

Рассмотрев материалы конкретных памятников, авторы полагают, что именно в период докерамического неолита А, между 11500 и 11000 лет назад, процесс культивирования стал устоявшейся практикой, и основные сельскохозяйственные культуры, включая ячмень, полбу, двузернянку и бобовые, стали активно использоваться на евфратских поселениях. Стабилизация климата в начале эпохи голоцена позволила земледелию (культивированию) стать надежным источником пропитания, а не ранее, в период раннего дриаса. Стабилизация климатических условий, подтверждаемая анализом колебаний изотопов кислорода, обнаруживает связь с развитием сельского хозяйства.


  • Willcox G. The Roots of Cultivation in Southwestern Asia // Science. 2013. Vol. 341. №. 6141. Р. 39-40.

Пятьдесят лет назад самым древним поселением, где жители впервые начали возделывать землю, считался Иерихон (Телль эс-Султан), возраст которого составляет примерно 11000 лет. С тех пор на территории, простирающейся вплоть до Северного Ирака, был обнаружен целый ряд памятников старше Иерихона на несколько сотен лет. Открытия, сделанные в последнее время Иране на памятниках Чога Голан и Шейх-эль-Абад, возраст которых составляет 11700 лет, позволяют сделать вывод о наличии 5 групп (кластеров) памятников, образующих своеобразную дугу, которая охватывает также и территорию Ирана: это Южный Левант, Северная Сирия, Юго-Восточная Турция, Северный Ирак, предгорья Загроса в Иране. Результаты археологических раскопок в предгорьях Загросских гор в Иране указывают на то, что возделывание диких злаков в восточном кластере началось почти одновременно с кластерами, расположенными далее к западу.

Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что во всех пяти кластерах земледелие появилось приблизительно в одно же время, однако возделываемые злаки различались. Похожая ситуация сложилась на 11 памятниках, возраст которых составляет между 11500 и 11000 лет, включая Чога Голан в Загросских горах, где обугленные остатки злаков были обнаружены в сочетании с остатками сорняков, растущих на полях вместе с зерновыми культурами. В этот период жители поселений ещё не содержали стада, а продолжали охотиться на крупную дичь, зубров, газелей, баранов, коз и непарнокопытных.

Этнографические исследования показывают, что во многих частях земного шара группы охотников и собирателей распространяли различные растения, хотя у них были минимальные (или вовсе никаких) контакты с земледельцами. Обнаруженные группой исследователей под руководством С. Риля факты возделывания злаков в Загросских горах, а также датировки, относящиеся к периоду позднего плейстоцена в Южном Леванте, косвенно указывают на то, что зарождение земледелия происходило, скорее всего, в Южном Леванте. Однако ещё предстоит узнать, каким образом культивация распространилась вплоть до Загросских гор.


Общие работы, включающие главы или параграфы, посвященные природно-климатическим особенностям зоны Плодородного полумесяца эпохи неолитизации:

  • Aurenche O. and Kozłowski S. K. La Naissance du Neolithique au Proche Orient. Paris: Editions Errance, 1999.

  • Issar A. S. Climate Changes During the Holocene and their Impact on Hydrological Systems. Cambridge, 2003.

  • Issar A. S., Zohar M. Climate Change — Environment and History of the Near East. Berlin: Springer, 2007. Р. 39-65.

  • Kozlowski S. K., Aurenche O. Territories, Boundaries and Cultures in the Neolithic Near East. 2005. BAR International Series, 1362.

  • Kozlowski S. K. The Eastern Wing of the Fertile Crescent. 1999. BAR International Series, 760.

  • The Origins and Spread of Agriculture and Pastoralism in Eurasia. Ed. D. Harris. L., 1996.


Верхняя карта: Erlend Bjørtvedt